Главная » история » О СКРЫТОМ СМЫСЛЕ ЖИЗНИ (об Истории). Писарева Е.Ф.

518 просмотров

Часть XXVIII. Исторический процесс

То, что прошло, таится в жизни так же, как и то, что придет.
Упанишады

Прогресс человека и общества связан отныне с распространением борьбы за сохранение
не своей жизни, а жизни других. В этом состоит дальнейшая эволюция, новая раскрытая
перед нами страница истории, заключительный акт человеческой драмы.
Г. Друмонд

Драма человеческой жизни коренится в том, что существуют законы духа и одновременно
— свобода исполнять их или не исполнять. Двигаемая эгоистическими побуждениями и
не справляющаяся с законами духа, человеческая воля выливает свои хотения в те или
другие формы; но пока эти формы нарушают законы духа, они заранее обречены на
уничтожение, тем более неизбежное, чем сильнее это нарушение.

Наука имеет дело с физическими законами; путем долгого и терпеливого опыта научилась
она познавать их и работать в гармонии с ними: если это условие налицо, человек
становится властителем природы, если нет — природа мстит ему за нарушение ее
законов.

То же самое повторяется и в истории. Исторический процесс выражает собой отношение
человека к человеку, и здесь мы должны считаться с естественными законами в области
духа в такой же степени, в какой мы считаемся с ними в области физической природы. И
здесь нарушение этих законов влечет за собой такое же противодействие, выражающееся
в неудачах, грехах и страданиях, которые делают из всемирной истории сплошную драму,
разыгрывающуюся в огромном масштабе на мировой сцене.
Не знающие истинной причины всего совершающегося видят в истории безвыходный
круг, в котором с различными видоизменениями повторяются одни и те же мучительные
явления. Но это неверно.

Все пережитые человечеством потрясения, все мировые трагедии, все то, что мы
называем погибшими цивилизациями, — все это служило и служит жизни, тому духу
внутреннего роста и раскрытия человеческой души, который совершается благодаря
пережитому опыту и неутомимо творит свою невидимую работу на протяжении всего
исторического пути древних и современных народов.

Понять это — значит уничтожить главный корень страданий, то есть незнание, авидью. В
науке духа людей делят на тех, которые “знают”, и на тех, которые “не знают”. Последним
неизвестны законы, по которым совершается внутренняя эволюция человека, оттого не
понятен и смысл человеческой жизни; а что может быть ужаснее бессмысленной жизни?
Ужас этот родит бунт против самого Источника жизни, а такой бунт не может не вызывать
бессильного страдания.

Сама возможность такого бунта для человека “знающего” прекращается. Повязка спала с
его глаз. Для него нет могил и гробниц в том смысле, в каком их видят люди с незрячими
глазами. Все равно, идет ли речь о могиле дорогого человека или о гробнице угасшей
цивилизации, для него она говорит не о тлении и смерти, а о не- прекращающемся
устремлении вперед, о вечном возрождении, о победе бессмертного духа жизни над
силами сопротивления.

В начале этого лета мне пришлось проверить на личном опыте, до какой степени
изменяются самые глубокие слои нашего душевного настроения, когда мы начинаем
проникать в истинный смысл жизни и смерти. Мне пришлось быть на юге Европы, как раз
там, где вблизи одна от другой расположены исторические могилы древних цивилизаций:
римский форум, извлеченные из пепла и лавы улицы изящной Помпеи, грандиозные
развалины когда-то великолепных Сиракуз, дивные останки древнегреческого театра в
Таормино. Везде — среди обломков и груды камней, среди поваленных колонн и
кажущегося разрушения — мне ясно виделась не смерть, а жизнь, не уничтожение, а
возникновение нового, не гибель человеческого творчества, а перенесение его на новую
историческую арену.

Кто станет горевать над опустевшей куколкой, зная, что из нее вылетела бабочка? Такую
же опустелую оболочку представляют собой и эти развалины. Перед нами остатки
ненужных более форм, отслуживших свою службу, и если это — могилы, то погребена в
них не жизнь, а лишь те переходные формы, в которые она временно вливалась; а сама
она, бессмертная и могучая, воплотилась в новые образы, вызвала к жизни новые
цивилизации, возвела новые города, облекла в камни и металлы новые вдохновения.
На площади античного Рима, во дворах помпейских патрициев, на обнаженных холмах
Эпиполи и Ахрадина древних Сиракуз — везде мне чувствовалось, что бившийся здесь дух
жизни продолжает по-прежнему жить и творить, и не где-нибудь в иных мирах, а здесь,
на земле, на наших городских площадях, в современных домах, в наших общественных
зданиях и храмах; что обитавшие когда-то в этих “печальных” развалинах — это мы: я, вы,
наши друзья и недруги, все те же люди, изощрявшие свои силы и способности,
напрягавшие свой ум и воображение для созидания своего счастья.

Стоит лишь понять, что исторический процесс представляет собою живое содержание
нашей собственной бессмертной души, ищущей для своего выражения на земле все
новых и новых форм; понять, что жизнь может казаться ничтожной и мимолетной только
до тех пор, пока она мыслится нам в виде раздробленных отрывков, а не в ее истинном
единстве; стоит убедиться, что границы нашей личной обособленности созданы нами
самими, а жизнь в действительности нераздельна, — как мы неизбежно придем к
совершенно новым переживаниям, которые можно определить как обновление души, ее
молодение, ясное ощущение в ее глубинах могучего дуновения Вечности.

Наша обособленная жизнь — это отдельные капли; жизнь в ее единстве — это могучий
океан. Но мы знаем, что океан состоит из бесчисленных капель и что вся его сила и все его
величие заключаются в слиянности этих капель. Воображать, что мы можем творить свою
жизнь в отдельности от других жизней и строить свое счастье, не беря в расчет всех
остальных, — это то же самое, что для капли отделиться от океана и воображать, будто
она может и в отдельности жить с такой же полнотой, с какой ей жилось в его могучем
просторе.

Единство жизни есть основной закон духа, и, пока мы не внесем это забытое Западом
понятие в обиход нашего сознания, мы не сможем разобраться в самых насущных
проблемах человеческой жизни. У духа есть свои законы, и понимать историю, не зная
этих законов, нельзя. Но и отождествлять их с законами физическими также нельзя, ибо
законы духа не совпадают с законами физическими; происходит это оттого, что форма
растет присвоением, а дух — отдачей, форма должна брать извне, а дух — давать
изнутри. Уже Гекели, этот типичнейший представитель европейского позитивизма,
подметил, что действительный для всей остальной природы закон “борьбы за
существование” перестает быть пригодным, когда дело касается человека, ибо для
развития человеческих свойств необходимо как раз обратное — не самоутверждение, а
самопожертвование.

Все формы человеческой жизни, основанные на разъединении, эгоизме и на борьбе за
существование, обречены на неизбежную гибель, потому что они идут против законов
духа. Современный капиталистический строй, опирающийся на эгоизм отдельных
личностей, и современный милитаризм, опирающийся на эгоизм народов, должны
замениться более совершенными нормами жизни, если человечество захочет не
погибать, а идти вперед, к свету и счастью.

Но водворение новых условий жизни требует переоценки всех наших понятий о ходе
исторического процесса.

Одностороннее позитивное мышление, царившее в Европе в течение истекшего столетия,
направило самый метод исторического исследования по неверному пути. Представление
о дикаре, который вступает в борьбу с враждебной природой и, побеждая ее, создает
культурное государство, дало чрезвычайно простую, но настолько же и неверную схему
эволюции культурных народов. В действительности этого никогда не было и потому
никакой наукой доказано быть не может. Наоборот, все современные научные
исследования, все новейшие раскопки на Востоке указывают на совершенно иное
явление: чем глубже мы проникаем в древние цивилизации, тем яснее признаки их
духовной высоты. И легенды древних народов о “золотом веке” указывают на тот же
факт. Эти легенды — не сказка; они основаны на истине, которая была хороню известна
древним “посвященным”.

На Востоке эта истина не вызывала сомнений, тогда как на Западе все, что не могло быть
проверено низшим разумом, отвергалось как бездоказательное; тем более такая идея,
как влияние сверхчеловечества на культуру молодых народов, не могла вызвать ничего
иного, кроме недоверия или насмешки. Теперь времена изменились. Наука подошла к
самой грани сверхфизического мира, и человеческой мысли становится уже тесно в
пределах одного лишь физического измерения.

Ориенталисты, изучающие древний Восток, приходят к выводам о том, что у арийских
народов есть общая колыбель и что в этой колыбели уже с самого начала были заложены
все основы, развитие которых мы видим во всех позднейших цивилизациях1. Эти выводы
подтверждают легенды о богоподобных царях-посвященных, обладавших высоким
нравственным развитием и глубокою мудростью, которые руководили юными народами
и давали им знания, законы и религию; когда же люди начали выходить из состояния
младенчества, вожди стали все больше отступать, предоставляя простор для их
собственной инициативы. Результатом этого отступления были ошибки, грехи и падения
государств и народов, но это было необходимо для самостоятельного развития
человечества. Так же необходимо, как для развития индивидуальности необходим
личный жизненный опыт.

С виду человечество повторяет одно и то же, но душа народа после каждого нового опыта
уже не та: она усложнилась, в ней развернулись новые аспекты, и она отзывается на те же
явления по-новому. И хотя те же грехи повторяются в истории снова и снова, но
совершаются они уже на ином уровне. Возьмем рабство. В “золотом веке”, о котором
говорят легенды, рабства не было. Оно появилось позднее; переходя из одной формы в
другую, сперва явную и грубую, а затем все более замаскированную, оно превратилось
наконец в экономическое рабство, которое процветает и до наших дней; но оно
несомненно исчезнет, когда вожди народов поднимутся на высшую ступень сознания. Во
времена Перикла цвет человечества был убежден, что без рабства государство не может
обойтись, а в наше время каждый школьник знает, что рабство унизительно и преступно.
Если мы вернемся к гробницам исчезнувших цивилизаций и начнем вникать в причины их
упадка, а затем и гибели, то мы убедимся, что причиной каждый раз было нарушение
законов духа. Оно влекло за собой нарушение равновесия сил внутри самого народа: он
заболевал, вырождался, становился непригодным для дальнейшего развития, и жизнь
покидала его, ища для своего проявления новый свежий проводник. Так будет
продолжаться до тех пор, пока законы духа не будут соблюдаться вождями народов так
же, как и законы физической природы.

Современная история, отравленная международным эгоизмом и раздираемая
ожесточенной борьбой политических партий, дает нам яркий пример нарушения законов
духа и ясно показывает, к чему ведет такое нарушение. Все, что основано на эгоизме и
несправедливости, приводит к понижению тех ценностей, которые бесконечно дороже
всех материальных богатств: ценности внутреннего человека, широты его сознания,
благородства его сердца, красоты его идеалов. С этой, единственно верной точки зрения,
“выгодным” окажется как раз то, что с точки зрения материальных расчетов называют
“сентиментальностью”, “наивной верой”, “недостижимой утопией”.

Эту истину нужно поставить в основу нового творчества жизни; и, когда в литературе, на
кафедре или в частном разговоре раздается призыв к “борьбе за существование”, к
партийной, классовой или народной вражде, нужно помнить, что это — лозунг
отживающего мира, который может повести только к вырождению и развитию звериных
свойств; новый лозунг, который поведет к развитию человечности, совсем иной: он
основан на взаимопомощи, а не на вражде, он требует не насилия, а самопожертвования.
Если смотреть на укоренившиеся порядки современной жизни, то этот новый лозунг
может показаться утопией. Но порядки создавались людьми; если люди ошибались и
представляли себе, будто к человеческому благополучию возможно прийти путем одних
лишь внешних достижений, не заботясь о совершенствовании человеческой души, то они
смогут понять свою ошибку и дать новое направление человеческой деятельности. Без
развития совести самые знания не только не ведут к улучшению человека, а могут даже
ухудшить его, потому что, не изменяя его внутренне, они дают в его руки могучее орудие
для достижения эгоистических целей.

Но, может быть, борьба с эгоизмом невозможна? Она не только возможна, но и
неизбежна, если люди хотят идти вперед, а не назад, к вырождению и одичанию.
Чтобы разбить эгоизм, необходимо перестроить самое миросозерцание людей. А это —
дело того передового отряда человечества, которое ответственно за строительство жизни.
Мыслители и писатели, художники и поэты, законодатели и общественные деятели — вот
кто проводит русла, по которым течет мысль остального человечества.
Стоит справиться в исторической хронике, чтобы убедиться, как сильно менялось
миросозерцание человечества, а вместе с миросозерцанием менялись и настроение, и
быт народов.

“О чем человек думает, тем он становится”, — говорит древняя Мудрость. Если мы в
состоянии подняться сознанием на высшую ступень, на которой уже ясно видно единство
жизни, если мы разглядим, что человечество, несмотря на многообразие форм,
составляет единый организм, работающий для одной и той же высшей цели, и поймем,
что нарушение законов духа ведет к вырождению и гибели, — тогда наши собственные
мысли помогут нам разбить стены неведения и эгоизма, в которых томится современная
жизнь.

1914 г.

5822038

СОДЕРЖАНИЕ:

От редакции
Введение
Часть І. Мировоззрение Востока и Запада
Часть II. Материализм и идеализм
Часть III. Единство человечества
Часть IV. Идеалы Востока и Запада
Часть V. Путь Выступления и Путь Возврата
Часть VI. Необходимость внутренней культуры
Часть VII. Психология русской души
Часть VIII. Страдание
Часть IX. Вибрации мысли
Часть X. Значение земной жизни для эволюции человека
Часть XI. Влияние космических вибраций
Часть XII. Круговорот жизни
Часть XIII. Эволюция человека
Часть XIV. Совершенствуется ли нравственность?
Часть XV. Внутренний смысл разделения людей на сословия
Часть XVI. Отношение к животным
Часть XVII. Болезни
Часть XVIII. Аскетизм
Часть XIX. Аскетизм монаха и аскетизм оккультиста
Часть XX. Аскетизм йога
Часть XXI. Радость
Часть XXII. Красота
Часть XXIII. Труд
Часть XXIV. Характер труда в будущем
Часть XXV. Самоубийство
Часть XXVI. Любовь между мужчиной и женщиной
Часть XXVII. Человек — малая Вселенная
Часть XXVIII. Исторический процесс
Часть XXIX. Новый Завет: ответственность за наши мысли и чувства
Часть XXX. “Вихрь Бытия”
Часть XXXI. Русская революция
Часть XXXII. Мировая катастрофа
Послесловие

Поделиться с друзьями:

Для того, чтобы отправить Комментарий:
- напишите текст, Ваше имя и эл.адрес
- вращая, совместите картинку внутри кружка с общей картинкой
- и нажмите кнопку "ОТПРАВИТЬ"

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий