Главная » препятствия » Лев Толстой о преодолении

816 просмотров
М.В. Нестеров. Портрет Л.Н. Толстого

М.В. Нестеров. Портрет Л.Н. Толстого

Подборка Максима Орлова, 
д. Горваль Гомельской области (Беларусь).

Плохо, что камень крепок, когда хочешь рубить его, а если нужен камень, чтоб точить на нём, – тогда чем он жёстче и крепче, тем лучше. Так и с тем, что мы называем горестями. 1

…Спорил сам с собой. Слабый, дрянной, телесный, эгоистический человек говорит: всё скверно, а духовный говорит: врёшь, прекрасно. То, что ты называешь скверным, это то самое точило, без которого затупилось, заржавело бы самое дорогое, что есть во мне. 2

…Чем тяжелее были страдания – если только удавалось в христианском духе принимать их(…) – тем полнее, сильнее, радостнее, значительнее становилась жизнь. – Так часто повторяется не искренно, что страдания нужны нам и посылаются богом, что мы перестали верить в это. А это самая простая, ясная и несомненная истина. Страдания, то, что называется страданиями, есть условие духовного роста. Без страданий невозможен рост, невозможно увеличение жизни (…) Если бы у человека не было страданий, плохо бы ему было. От этого и говорят в народе, что того бог любит, кого посещают бедствия (…) Я понимаю, что человеку может сделаться грустно и страшно, когда долго его не посещают страдания. Нет движений роста жизни. Страдание есть страдание только для язычника, для непросвещённого истиной (…) Но страдание перестаёт быть им для христианина – оно становится муками рождения… 3

…Вспоминая всю мою жизнь, я вижу ясно, что всё и очень многое, что мучило меня, было для меня истинным благом, сбивая меня с пути искания матерьяльного и натыкая на приобретение истинного духовного блага. Недаром мудрость народная говорит о болезнях, пожарах и всём том, что не от воли людской, – бог посетил. 4

Самое меня укрепляющее в тяжёлые минуты – это сознание того, что это самое, то, что мучает, это-то и есть тот материал, над которым ты призван работать, и материал тем более ценный, чем труднее минуты. 5

…Главное, что меня всегда утешает и поддерживает в минуты слабости, это мысль о том, что это-то самое, что меня тревожит, что я хотел бы уничтожить, это-то самое мне нужнее всего, мне послано для моего укрепления, улучшения, что это-то самое и есть случай мне проявить себя, то лучшее, что есть во мне. 6

Ничто так не ослабляет, как сознание возможности уйти от тех трудных условий, в которые поставила жизнь. “Не на этот ли час я пришёл?” Меня всегда очень поддерживает мысль о том, что то, что мне трудно, и есть та ступень, до которой я дошёл и на которую мне надо поставить ногу, чтобы подняться. 7

Знаешь ли ты вот такое состояние и чувство: тревожит, неприятно, мучает что-нибудь, боишься чего-нибудь, даже физически больно (…) и возмущаешься – думаешь: зачем? когда это кончится? Как хорошо было без этого, и злишься. И вдруг вспомнишь, что всё то, чего тебе хочется, чего тебе недостаёт, это всё твои фантазии, тобой выдуманные требования (…), а что ты здесь совсем не для своей потехи, а для исполнения самых кажущихся тебе странными и ни к чему (по-твоему) не ведущими приказаний*, которые передаются тебе то в виде тяжёлых для тебя поступков людей, то в виде тифа и т.п., и что хорошо тебе может быть только тогда, когда ты, оставив СВОИ дела, исполняешь приказания. И как только так посмотришь, сейчас же кончается всё неприятное, всякое беспокойство, страх, только физическая боль остаётся, и то много слабее. И сверх того получается очень определённое чувство не только спокойствия, но довольства и даже радости, когда видишь, что все эти тебе под ноги подсовываемые камни, о которые ты спотыкался, только средства тебе подниматься выше и выше и там, наверху, дышать чистым воздухом и видеть то, чего прежде не видал. 8

____________________

* В источнике – “приказаниями”.

Страдания полезны именно потому, что человек в обыкновенной мирской жизни забывает ту неразрывную связь, которая существует между всем живущим, страдания же, которые он несёт и которых он был причиною для других людей, напоминают ему про эту связь. Связь эта духовная, так как сын божий один во всех людях; страдания же физические невольно загоняют человека в область духовную, в которой он чувствует себя в единении с богом и миром и в которой он (…) несёт страдания, произведённые другими людьми, как бы произведённые им самим, и даже с радостью принимает на себя тяжесть страданий, снимая её с других людей. 9

…Растут люди только испытаниями. Хорошо знать это и так принимать выпадающие на нашу долю горести. Это очень облегчает, обращая тяжёлое и кажущееся бесполезным в полезное, нужное душевное дело. Облегчать свой крест тем, чтобы охотно подставлять под него спину. 10

…То, что мучает, не есть неприятная случайность, которую надо устранить или переждать, а есть то самое дело, к которому я приставлен. 11

Или внешние условия дают нам радость удовлетворения, или представляют из себя препятствия, вызывающие усиленную работу. И то, и другое хорошо. Надо только быть уверенным, что всякие условия могут быть побеждены внутренней работой. 12

Когда мы говорим про какое-либо матерьяльное лишение или страдание, что оно зло, мы только говорим то, что мы близоруки или слепы и не видим того добра, которое есть в том, что мы называем злом, как не видит ребёнок добра в том, что его не пускают к огню или дают лекарство. Лишения, горести, страдания (…) загоняют из области низшей, исполненной лишений и препятствий матерьяльной жизни, в область духовной жизни – радостной и свободной. Из этого не следует, чтобы надо было искать страданий, но то, что они, как и всё в мире, для человека благо. Страдания регулируют нашу жизнь. Ацетиленовые фонари устроены так, что карбид, прикасаясь к воде, развивает газ. Когда же газа слишком много, он поднимает карбид, и образование газа прекращается. Так же и матерьяльная жизнь: когда она слишком наполнится страданиями (свойство её в том, чтобы производить страдания), сознание и внимание поднимается, переходит в область духовную, и страдания прекращаются. 13

…Все (…) страдания (…) суть только уяснители, помощники установления того жизнепонимания, при котором есть ненарушимая свобода и всегдашняя, перевешивающая все телесные личные страдания, радость приближения к единой цели жизни. 14

Степень страдания внешнего в мирском смысле показывает степень нашего следования Христу, как трение показывает степень напряжения всякой работы. (…) …Страдания суть только то благое иго, которое, хочет ли, не хочет он того, берёт на себя всякий, кто идёт за Христом. Желать уничтожить эти страдания – всё равно, что желать облегчить напряжение тяги пашущего плуга. 15

…Страдания (…) – то трение, которое движет к благой цели освобождения. 16

Вы говорите, что страдания от жизни среди мира бывают бесполезны. Да, они бесполезны, если человек не пользуется ими как благом, как теми муками, которые сопутствуют всякому рождению, как телесному, так и духовному. 17

Нет горя, которого нельзя бы было перенести и которое бы не было благодетельно для души. 18

…Что не прямо добро в виде радости для нас, то добро в виде поучения, если только мы сумеем воспользоваться им. 19

Задача жизни в том, чтобы прожить её как можно лучше, чтобы сделать себя как можно лучше. (…) Cela n’est pas plus fin que ca.* И никакие внешние события, несчастия не могут помешать этому; напротив, ничто так не содействует этому, как то, что мы называем несчастиями. Это всё самые удобные случаи для того, чтобы подняться, или подвинуться, как ветер для парусного судна. А плакаться на свои несчастия это значит прорвать парус и сидеть сложа руки. 20

________________

* В этом вся мудрость.

…Для христианина не может быть нехорошо от внешних причин. И (…) поэтому всякое страдание, горе, неудовольствие есть только указание на своё несовершенство, на свои ошибки, заблуждения. Как в области физической, если сел на гвоздь или обжёг руку (…), то надо встать с гвоздя, принять руку (…), а не осуждать гвоздь, огонь (…), так и во всяком нравственном страдании надо никак не сердиться на причину этого страдания вне себя, на людей, а только самому встать с гвоздя, отстраниться от огня (…), и в нравственных страданиях средство избавления всегда ещё ближе и доступнее, чем в матерьяльных. Главное, надо признать себя виноватым и тогда искать. И сейчас найдёшь. И как легко и хорошо сделается. 21

Не скучайте тем, что внешние условия вашей жизни не соответствуют вашим внутренним требованиям. Я думаю, что нет тех внешних условий, которые не могли бы быть освещены внутренним духовным светом. Думаю даже, что эти внешние условия чем невыгоднее, тем больше могут содействовать разгоранию внутреннего света. 22

…Условия [жизни] становятся мучительно тяжелы, когда мы думаем, что это такие условия, которые могут быть изменены, заменены более лёгкими. Это заблуждение. Условия эти не только облегчаются, но перестают быть мучительны, только когда мы смотрим на них не как на что-то, что может быть изменено, а как на матерьял, над которым мы призваны работать, т. е. на ту форму жизни, в которой, как и во всякой другой, у нас есть одно дело – проявлять живущий в нас дух божий и соединяться им посредством любви со всем окружающим нас. 23

Верю, что всё к лучшему, всё благо, что чем тяжелее материальные условия: болезнь, страдания, приближение к смерти, к переходу в другое существование, тем выше поднимается сознание своего духовного существа. Как коромысло весов: чем ниже опускается один конец, тем выше поднимается другой.24

Истинное благо наше в сознании, а страдания помогают вызыванию сознания своей божественной природы. 25

Если бы только не было у нас трудности жизни, испытаний, то не было бы настоящей, истинной жизни. Это дано нам богом на благо.26

В болезнях, слабости, страданиях есть много хорошего, чего не знают здоровые, и от многого спасают болезни. Цените их. 27

Не могу никак видеть дурного, а всё только разнообразный материал для самого прекрасного, которое от нас зависит из него выработать. 28

Мир настолько зол, насколько я сам зол. Раз двадцать случалось со мной в жизни, что то, что я считал злом, послужило мне к добру. Всё меньше и меньше зла нахожу я в жизни; всё больше и больше блага… 29

…Зло есть только в нас (…), зло есть отступление от требований нашей духовной природы. Для человека, живущего духовной жизнью, всё то, что мы считаем злом, есть только средство приближения к (…) освобождению от грехов, заблуждений… 30

…Зла нет и не может быть (…) …То, что мы называем злом и что чувствуем как зло, – суеверие. Это – то, что мы называем злом, есть только указание наших ошибок, а исправлять себя, освобождаться от ошибок – самая большая радость. Так что то, что мы называем злом, есть только приготовление к радости. 31

То, что мы зовём злом, на самом деле есть не что иное, как непонимание следствий, которых мы видим только причины. Истинное учение жизни, то учение, которое проповедывалось всеми мудрецами: Буддой, Конфуцием, браминами, Лао-тзе, Исайей и Иисусом, состоит в сознании (…) нематериального начала, составляющего нашу жизнь. Лишь на сознании этого принципа может основываться и действительно основывается моя вера в моё существование, не будущее, но вечное. Раз я убеждён, что моя жизнь заключается в нематериальном начале, которое я сознаю и которое я рассматриваю как моё истинное “я”, я не могу уже верить в разрушение этого “я”, которое существует вне времени и пространства. Идея смерти есть лишь иллюзия, порождённая ложным представлением о том, что подлинным “я” человека является его материальная оболочка.

Вот (…) те причины, которые заставляют меня думать, что смерть не зло, а изменение формы, являющееся лишь развитием жизни; точно так же, как, по моим наблюдениям, и всё то, что происходит во время этого существования во мне и во всём живущем. 32

Я чем дольше живу, тем яснее вижу, что в жизни только добро. Насколько исправляешься, настолько чувствуешь то добро. 33

…Вы не верите в бога любви, того, который, кроме блага, ничего НЕ МОЖЕТ дать вам, а страдание своё приписываете ему. Если бы в комнате никого не было, кроме человека, в любви которого я уверен, и я почувствовал, что меня ударили сзади, я бы подумал, что упало на меня что-нибудь или взошёл кто-нибудь, но никак не приписал бы удар тому, в любовь которого я верю. 34

Я истинно верю, что всё на свете добро и что мы огорчаемся только потому, что недалеко видим. 35

…Дурного ничего не может случиться с человеком, а (…) всё, что кажется нам дурным, кажется нам таким только потому, что мы далеко отошли от свойственной нам духовной жизни, в которой нет и не может быть ничего дурного… 36

…Ничего дурного внешнего нет и не может случиться ни со мной, ни с любимыми людьми, а (…) одно дурное, что может случиться, но над чем я властен, – это моё отступление от свойственного мне и данного для блага моего и всех окружающих чувства любви. 37

…Худого нет вне нас, а если внешние условия указывают нам на худое в нас, то это только хорошо. 38

Жизнь дана человеку для блага его и других людей. Если человеку кажется жизнь злом, то виноват он сам, и ему надо постараться найти, в чём он ошибается, и перестать ошибаться. 39

…Жизнь есть совсем не та путаница и страдания, которые мы себе представляем под этим словом, а нечто очень простое, ясное, лёгкое и всегда радостное. 40

…Уныние для христианина есть признание в своём неверии в истину Христову. Для того, кто понял её и верит в неё, не может быть уныния, потому что не может быть ничего дурного, а всё благо. И если человеку, верующему в Христову истину, представится что-нибудь дурно в мире, то он должен искать не объяснения этого зла, не средства побороть его, а должен искать свою ошибку. 41

Всегда считал жизнь величайшим благом, за которое нельзя быть достаточно благодарным. Чем дольше живу и чем больше приближаюсь к смерти, тем сознание этого блага становится во мне всё сильнее и сильнее. 42

…Отрицать то, что делает жизнь, значит не понимать её. 43

…Не надо, как я прежде, бывало, негодовать на глупость жизни, отчаиваться. Всё это признаки неверия. Теперь у меня больше веры. Я знаю, что всё это кипит в котле и варится или закисает, и сварится и закиснет. Так чего же я хочу? Чтоб не двигалось? Чтобы люди не ошибались и не страдали? Да ведь это одно средство познания своих ошибок и исправления пути. Одни сами себя исправляют, другие других, третьи… Все делают дело божье, хотят или нет. 44

Быть недовольным тем, что творится, всё равно, что быть недовольным осенью и зимою, не думая о той весне, к которой они нас приближают. 45

Человек должен быть счастлив. (…) Если же нет этого состояния, то непременно виноваты мы сами, в чём-нибудь ошиблись, и надо искать ошибку и поправить её, пока не вернёмся к свойственному и предназначенному нам состоянию блаженства. 46

…Бог дал нам жизнь для блага, и (…) в ней, кроме блага, ничего другого быть не может, только бы мы умели понимать значение её и её различных перемен. 47

…На свете нет ничего страшного. (…) …Так как нет положения, в котором бы человек был счастлив и вполне свободен, так и нет положения, в котором бы он был бы несчастлив и несвободен. 48

…Всякое положение – на пользу. Волшебная палочка дана. Только умей ею пользоваться. 49

…У человека есть разум, который он может употребить на усиление внутренней жизни, при котором является большое равнодушие к [внешним] условиям, или, напротив, направить его на создание наибольшей чувствительности к этим условиям. Это всё зависит от того, кто воспринимает эти условия. (…) Чем более люди чутки к внешним условиям, тем больше это их мучает. 50

Да, “всё в табе и всё сейчас”, как говорил Сютаев*, и всё вне времени. Так что же может случиться с тем, что во мне и что вне времени, кроме блага. 51

___________________

* Василий Кириллович Сютаев (1819 – 1908) – крестьянин, религиозный мыслитель. Был знаком с Толстым.

Как всё трудно, когда полагаешь все беды вне себя, и как всё легко, когда поймёшь, что всё в тебе. 52

…Все трудности жизни, как то: недовольство окружающим, одиночество, даже телесные страдания – всё разрешается одним: перенесением интереса, центра тяжести своей жизни из жизни телесной (…) в жизнь духовную… 53

…Твёрдо верю, что, что бы ни случилось с нами, всё зависит от того, как мы к этому относимся, и все страдания (…) легко могут быть обращены во благо, если принимаются без жалости к себе… 54

…Для христианина не может быть ничего дурного, кроме того, что в нём самом. 55

Человек, живущий духовной жизнью, не может быть лишён блага, потому что благо это в нём самом. 56

…Нет тех внешних условий, которые не могли бы быть освещены внутренним духовным светом. 57

Я верю, что мир так устроен, что все матерьяльные страдания возмещаются духовными радостями, если только мы как должно принимаем их. 58

Какое удивительное свойство – духовное понимание (сознание) жизни. Оно, как самый удивительный волшебник, претворяет всякое зло внешнее в благо и величайшее такое зло в величайшее благо. 59

Покорись беде, и беда покорится. 60

Человек посредством сознания может избавиться от зла – всё претворить в благо для себя и для мира. 61

Ты (…) неверно говоришь, что для служения нужны внешние силы. Это неправда, здоровья и внешних сил не нужно. Этим-то и поразительна для меня благость и мудрость бога, что он дал нам возможность блага, независимо от всех каких бы то ни было материальных условий. Нам дана возможность духовной жизни, духовного совершенствования, увеличения в себе любви, приближения к богу (…) – дана эта возможность, ничем не могущая быть остановленной. Только надо верить в эту духовную жизнь, перенести в неё всю свою энергию. Это как крылья у птицы. Жить можно и должно всей материальной жизнью, работая в ней; но как только препятствие, так развернуть крылья и верить в них, и лететь. И эта духовная жизнь всегда свободна, всегда радостна, всегда плодотворна. 62

…Жизнь не может быть ни хороша, ни дурна от внешних условий. Всё в тебе. Живёшь с богом и в боге, и всё и везде хорошо. Живёшь без бога, и всё и везде дурно. 63

Переносить легко страдания можно только тогда, когда понимаешь, что в человеке есть две жизни: жизнь плотская и жизнь духовная, и когда веришь, что истинная жизнь есть жизнь духовная, для которой нет ни повреждения, ни страданий, ни смерти, если только мы соединяемся с богом, исполняя его волю. 64

Полагать свою жизнь в служении богу есть высшее благо, которого может достигнуть человек, и потому для того, кто достиг этого блага, все житейские невзгоды представляются такими ничтожными, что он не может даже замечать их, или замечает их с радостью, только как признак того, что он стоит на верном пути. 65

Если верить в бога, то нельзя не верить в то, что внешнее, совершающееся не по нашей воле, всё нам на благо. Зло есть только внутреннее то, что мы сами делаем, противясь воле бога. (…) Смотрите так на то, что случается с вами, и во всём вы найдёте благо; ищите своей воли, и вся жизнь будет неперестающее зло, и не будет конца отчаянию. 66

…Не может не радоваться всему, что с ним случается, человек, верящий в бога. Быть недовольным, огорчаться чем-нибудь, значит не верить в бога, и наоборот. 67

…Жизнь всегда добро для тех, кто исполняет закон бога… 68

…Соединение с ним не то что утешает, а уничтожает всякое горе, потому что благо единения с ним неизмеримо больше всего того, что мы можем терять в личной жизни. 69

…Мало того, что когда живёшь в любви, то хорошо в этой жизни, нет и заботы о том, что будет за гробом, потому что если соединился с богом, а бог есть любовь, то ни на этом свете, ни на том не может быть худа. 70

Помогай вам бог, живущий в вас, сознавать себя. А когда есть это сознание, нет страданий, нет и смерти.71

Так хорошо, когда всё хорошо, независимо от всего, что может случиться. Всё чаще и чаще знаю это. 72

Жить не для себя, а для бога тем выгодно, что ничего уж не может случиться с тобой дурного: что бы ни случилось неприятного, если живёшь для бога, всегда на пользу душе. 73

Как только пробудится в душе бог, так нет страданий, нет страха, нет упрёков, нет желаний неисполненных.74

…Никакое положение не может сделать человека несчастным (…) Если человек несчастен (…), то только потому, что он не исполняет того, что свойственно ему как человеку, носящему в себе божественное начало, дух божий. 75

…Насколько мы уязвимы, настолько мы грешны… 76

…Тем-то и велико (…) сознание своего духовного начала и жизнь во имя его, что оно до такой степени несоизмеримо со всем тем, что представляется бедствием, что одинаково уничтожает, обращает в ничто самую маленькую неприятность: зубную боль и потерю любимых людей, свободы, жизни. 77

Все наши страдания, все наши потери приближают нас к богу, если мы верим в него. Он выступает там, где уничтожается то, что мы теряем, и заменяет с излишком собою, если мы связаны с ним, не разорвали (…) связь с ним. 78

…В тяжёлые, трудные минуты [перенеси всё дело] в высшую инстанцию, от суда людского на суд бога, и вдруг – (…) то, что было запутано, стало просто, что было мучительно, стало радостно, что было страшно, перестало быть таким… 79

Если то, что вы созидали, может быть разрушено прихотью человека, то здание это не стоит ореховой скорлупы. Если же то, что вы созидали, есть настоящее дело, то все попытки разрушить его только докажут твёрдость здания. 80

…Жизнь наша здесь есть одно из проявлений во времени бесконечной жизни, и (…) никакие условия этой жизни, ни болезнь, ни слабость, ни смерть не могут помешать движению жизни, совершению предназначенного нам дела увеличения в себе любви и потому проявления её в мире для установления в нём царства божия. 81

Велика (…) привычка нерелигиозной мирской жизни, но есть тот приют, в который уходишь и в котором свободен и радостен, в котором всё благо, или не приют, а крылья, (…) которые (…) уносят иногда туда, где нет ни печали, ни воздыхания, ни страха, ни сомнений, а жизнь бесконечная. 82

_________________________________________________

1 Толстой Л.Н. Собрание сочинений в 20-ти томах. – Москва, 1960-65, т.20, стр.298.

2 20-томник, т.20, стр.236.

3 Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений в 90-та томах. – Москва, 1928-58, т.64, стр.341.

4 ПСС, т.73, стр.296.

5 ПСС, т.81, стр.150.

6 ПСС, т.72, стр.380.

7 ПСС, т.71, стр.407-408.

8 ПСС, т.71, стр.285.

9 ПСС, т.74, стр.31.

10 ПСС, т.67, стр.212.

11 ПСС, т.87, стр.387.

12 ПСС, т.73, стр.231.

13 ПСС, т.74, стр.82.

14 ПСС, т.80, стр.159.

15 ПСС, т.68, стр.194.

16 20-томник, т.20, стр.297.

17 ПСС, т.82, стр.74.

18 ПСС, т.72, стр.536.

19 ПСС, т.73, стр.225.

20 ПСС, т.71, стр.258.

21 ПСС, т.73, стр.56.

22 ПСС, т.77, стр.81.

23 ПСС, т.78, стр.10.

24 ПСС, т.75, стр.242.

25 ПСС, т.75, стр.195.

26 Маковицкий Д.П. Яснополянские записки. – Москва, “Наука”, 1979, “Литературное наследство”, т.90, кн.4, стр.30.

27 ПСС, т.87, стр.125.

28 20-томник, т.18, стр.33.

29 Маковицкий, кн.1, стр.200.

30 ПСС, т.78, стр.274.

31 ПСС, т.82, стр.22.

32 ПСС, т.74, стр.185-186.

33 Маковицкий, кн.3, стр.328.

34 ПСС, т.66, стр.115.

35 ПСС, т.73, стр.261.

36 ПСС, т.73, стр.309.

37 ПСС, т.70, стр.174.

38 ПСС, т.82, стр.104.

39 ПСС, т.76, стр.220.

40 ПСС, т.64, стр.28.

41 ПСС, т.65, стр.66.

42 ПСС, т.79, стр.100.

43 20-томник, т.17, стр.544.

44 20-томник, т.19, стр.398.

45 ПСС, т.76, стр.59.

46 ПСС, т.64, стр.34.

47 ПСС, т.73, стр.356.

48 20-томник, т.7, стр.175.

49 20-томник, т.20, стр.124.

50 Гусев Н.Н. Два года с Л.Н.Толстым. Из Ясной Поляны в Чердынь. Отрывочные воспоминания. Лев Толстой – человек. – Москва, 1973, стр.241.

51 Гусев, стр.194.

52 ПСС, т.90, стр.212.

53 ПСС, т.79, стр.224.

54 ПСС, т.79, стр.173.

55 ПСС, т.78, стр.71.

56 ПСС, т.77, стр.232.

57 ПСС, т.77, стр.81.

58 ПСС, т.73, стр.19.

59 ПСС, т.82, стр.123.

60 20-томник, т.10, стр.335.

61 20-томник, т.20, стр.241.

62 ПСС, т.67, стр.261.

63 ПСС, т.77, стр.206.

64 ПСС, т.76, стр.166.

65 ПСС, т.75, стр.81.

66 ПСС, т.75, стр.184.

67 ПСС, т.73, стр.200.

68 ПСС, т.82, стр.190.

69 ПСС, т.80, стр.97.

70 ПСС, т.80, стр.47.

71 ПСС, т.82, стр.125.

72 ПСС, т.80, стр.145.

73 ПСС, т.75, стр.244.

74 ПСС, т.71, стр.321.

75 ПСС, т.79, стр.246.

76 ПСС, т.87, стр.254.

77 ПСС, т.80, стр.88.

78 ПСС, т.88, стр.212.

79 ПСС, т.71, стр.282.

80 ПСС, т.63, стр.281.

81 ПСС, т.69, стр.119.

82 ПСС, т.73, стр.170.

Источник:  СибРО и музей Н.К.Рериха в Новосибирске

Поделиться с друзьями:
Метки:

Для того, чтобы отправить Комментарий:
- напишите текст, Ваше имя и эл.адрес
- вращая, совместите картинку внутри кружка с общей картинкой
- и нажмите кнопку "ОТПРАВИТЬ"

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий