Главная » ПЕДАГОГИКА, Педагогика Живой Этики » Единство этического и эстетического в системе К. С. Станиславского* и в Учении Живой Этики. Н. Д. Спирина, Н. Н. Добрикова, А. П. Юшков

572 просмотров

Композиция, прозвучавшая по Новосибирскому радио. Апрель 1994 г.

Опубликовано в другой редакции: Спирина Н. Д. Отблески-1994. Екатеринбург, 1997.

 

2814-6

Н. К. Рерих. Бой со змеем. Эскиз занавеса к пьесе Г. Ибсена «Пер Гюнт». 1914.

Постановка Московского Художественного театра

 

Н. Д. Спирина: Мысли великих людей едины в своих основах. И как отрадно открывать это единство, изучая их труды, деяния, высказывания. За всеми их многообразными проявлениями просвечивает лик единой Истины. И мы, в непредубеждённости узнавания, радостно приветствуем её.

Н. Н. Добрикова: О мыслях и высказываниях Константина Сергеевича мы узнаём из книги Конкордии Антаровой «Беседы Станиславского в оперной студии Большого театра» и из книги К.С.Станиславского «Работа актёра над ролью». Если мы перенесём все те рекомендации, которые Станиславский даёт актёрам для сцены, на арену жизни, то получатся те же этические указания, неотложно нужные, о совершенствовании человека во имя единения и общего блага, которые Станиславский даёт актёрам для их благотворного контакта со зрителями. Он говорит о том новом сознании, которое должны выработать в себе не только актёры, но и все люди доброй воли, с призывами к которым обращаются книги Живой Этики во имя спасения человечества и культуры, без которой немыслимо его духовное возрождение. И в этой беседе мы открываем поразительное сходство и перекличку идей наследия, оставленного нам семьёй Рериха, и высокого мыслителя и реформатора театра Константина Сергеевича Станиславского.

Н. Д. Спирина: «Мы не должны оставаться в пределах отвлечённой этики. События и неоспоримые обстоятельства ведут человечество к новым путям…» [1] «Закон великий перевести сердце из этической отвлечённости к двигателю научному» [2]. Так говорит Живая Этика.

Н. Н. Добрикова: Система Станиславского связывала этическое и эстетическое в одно понятие, которое должно было войти в «кровь и плоть» каждой творческой личности. Так же и в Учении Живой Этики вопросы красоты и нравственности рассматриваются в их неразрывном единстве, и этому единству даётся научное обоснование.

Творческий пульс Станиславского чутко улавливал веление времени, и его устремлённость к воспитанию и преображению творческой личности являлась насущной необходимостью для поднятия духовного уровня зрителя. Почти целая эпоха титанической работы Станиславского в области театрального искусства была продиктована отнюдь не одной лишь любовью к искусству.

«Смысл и цель жизни Станиславский понимал как служение людям, Делу, которое гораздо более его самого, как служение Истине, добру и красоте» [3].

А. П. Юшков: Новая Эра эпоха строительства Культуры Духа. Н. К. Рерих говорил: «Всему миру приходит трудное испытание. После средневековых испытании огнём, водой и железом предстоит испытание восприятием культуры, но если сила духа возносила людей против огня и железа, то та же сила вознесёт их на ступени знания и красоты. Но это испытание труднее древних искусств. Готовьтесь к подвигу, творимому в жизни ежедневно. (…) Во всей истории человечества ни продовольствие, ни промышленность не строили истинной культуры. И надлежит особенно бережно обойтись со всем, что ещё может повысить уровень духа. (…) …При новом строительстве линия просвещения и красоты должна быть лишь повышена, но не забыта ни на мгновение» [4].

«Искусство и знание. Красота и мудрость. (…) …Под гримасой обезображенной жизни эта молитва духа затемняется, а в царстве пошлости она даже кажется или несвоевременной, или уже ненужной. Да, современность доходит даже до такой чудовищности» [5].

«…Лик красоты и знания излечит народ от распущенности мысли, внушит ему основы достояния личного и общественного, откроет сущность труда и в лучшем понимании укажет народу путь высоких достижений духа» [6].

Н. Д. Спирина: В письмах Е. И. Рерих говорится: «Вечное, непрестанное творчество жизни Вселенной окружает нас, и мы, будучи частью этого великого творчества, должны творить каждую минуту нашей жизни, творить мыслью, словом, действием» [7]. Обращает на себя внимание, какое огромное, можно сказать, кардинальное значение придаёт понятию сердца и Живая Этика, и Станиславский.

Н. Н. Добрикова: Константин Сергеевич говорил: «Искусство это синтез всех собранных самим человеком достижений в его духовном «я», то есть в работе его сердца. …Сердце артиста не может повиноваться никаким законам, кроме законов творчества. Только этот ритм артист улавливает для себя среди всей творящей вселенной».

«Надо уметь наблюдать первооснову творчества своё собственное сердце и природу своих страстей».

Н. Д. Спирина: В Живой Этике говорится, что «при определённом устремлении можно сильно подвинуть человечество к преображению всей жизни, потому будем помнить о великом Огне и о здании огненном сердце. Ведь не сказка, но дом Духа!» [8]

«Солнце солнц Вселенной», «Храм человечества», «Дом сознания»… много самых возвышенных определений дано тому органу, который управляет психической энергией, собирает, трансмутирует и раздаёт её» [9].

 

Трепещет огненная сила

Внутри гигантского светила;

Внутри малейшего зерна

Одна она заключена;

Вселенской мощью мир расцвёл,

Но в сердце там её престол! [10]

 

«…Никто не осилит огненное сердце» [11]. «…По этому каналу можно найти спасение» [12].

«Эманации сердца постоянно творят светлое вещество, которое назовём как бы смыслом психической энергии» [13].

«Теперь, когда силы тьмы так ополчились, им противопоставляются силы сердца. (…) Тёмные не располагают этими твердынями. Лишь чистое сердце может действовать. Лишь связь с Иерархией Света может порождать негасимые огни. Так противопоставление сердца всем тёмным силам будет знаком победы» [14].

Н. Н. Добрикова: Станиславского возмущали те постановщики, которые смотрели на актёров, «как на вешалку для своих идей». «Живые драгоценности – сердца людей – для них не существуют, – говорил он, – гармония каждого в отдельности, индивидуальная творческая неповторимость каждого проходит мимо зрения; они не видят их потому, что не знают гармонии в себе и никогда о ней не думали, приступая к творческому труду».

Если Живая Этика говорит о цели и смысле земной жизни, что «лишь для совершенствования духа мы здесь», и призывает к неустанному самосовершенствованию, то Станиславский ставит главным условием для достижения творческих успехов в театре совершенствование актёра не только в его мастерстве. Он говорит: «Работа над ролью будет прямым отражением работы над собой…» Он указывает на целый ряд положительных и отрицательных качеств, на которые должен обратить внимание подлинный артист для своего роста и совершенствования, тех же самых, которые неоднократно упоминаются в Живой Этике для совершенствования духа, для эволюционного роста и развития человека.

«Моя система, – говорит Станиславский, – это только первое отправное звено, с которого начинается путь настоящего артиста и настоящего театра».

Надо отметить, что при изучении вопросов актёрского творчества Станиславский обращался к разным источникам по психологии и философии. Огромное влияние на него оказали книги по восточной философии.

«Актёр-творец должен быть в силах постигать всё самое великое в своей эпохе, должен понимать ценность культуры и жизни своего народа и сознавать себя его единицей. Он должен понимать вершины культуры, куда стремится мозг страны в лице его великих современников. Если артист не обладает огромной выдержкой, если его внутренняя организованность не создаёт творческой дисциплины, умения отходить от личного, где же взять сил, чтобы отобразить высоту общественной жизни».

Под воспитанием актёра Станиславский понимал двойную параллельно развивающуюся силу человека, результат внутренней и внешней культуры, который создаёт из него самобытное существо.

«Ни один человек, – говорит он, – не дошедший до высокой точки самообладания, не может выразить в образе всех его черт. Артист должен забыть о себе, как о личности, и уступить место человеку роли, иначе все изображаемые им типы он будет красить красками своей самобытности. В каждую роль он будет вносить своё личное упрямство, раздражение, обидчивость и так далее».

«Путь артиста в творчестве – это он сам. Тот «сам», который сумел отрешиться от таких несносных условностей в себе, как самолюбие, гордость, зависть – словом, от всего того багажа повседневности, который закрыл его любовь и доброжелательство к людям, и достигнув победы над которым, он освободил свои силы в себе для творчества».

«Студия не для прохождения ролей, она для живой жизни, она слуга для тех, кто хочет сам в себе освободить все зажимы в нервах, в мыслях, в центрах тела, чтобы через своё творчество дать живой жизни в себе соединиться с такой же живой жизнью в каждом зрителе.

Единение всех через сцену в красоте и высших, лучших человеческих силах – вот цель студии».

Станиславский предупреждал против всех отрицательных свойств, которые лягут препятствием на пути достижения артиста. «Уныние, – говорил он, – кладёт на всё творчество и жизни и сцены отпечаток болезненности, постоянного влияния своего низшего «я» на все дела и мысли».

«Самолюбие, а не человеколюбие приведёт человека к унынию и страху. Сокровище, богатство, которое артист в себе заключает, тонет в болоте этих условностей и мелочей».

«Уныние есть враг каждого совершенствования» [15], – говорит Живая Этика.

Константин Сергеевич призывает к «раскрепощению своего творческого «я» от тисков бытового эгоистического «я». А это маленькое эгоистическое «я», то есть страстные, злобные, раздражительные побуждения, тщеславие и его спутник – жажда первенства – разве оно молчит? Оно тоже держит человека крепко.

Эта борьба в самом себе… лежит в основе достижений артиста. …Ценность роли и всего того, что артист вынес на сцену, всегда зависит от внутренней жизни самого артиста, от создавшейся в нём привычки жить в хаосе или в гармонии…»

А. П. Юшков: Против этого маленького эгоистического «я», против самости и её последствий предупреждает Живая Этика. Закон эволюции предусматривает всё возрастающее расширение сотрудничества и объединения между людьми. Период обособления и отгораживания себя от остального мира – в прошлом и задачам грядущего дня не соответствует.

Самость – наш главный враг на всех путях восхождения – есть «отделение или восстание против сотрудничества» [16]. Человек эгоистичный концентрирует своё сознание на самом себе, противопоставляя своему «я» весь остальной мир, как нечто чуждое и враждебное ему. Никакие высокие чувства и действия эгоисту недоступны, и «дух, пребывающий в границах самости, не имеет другого пути, кроме печали» [17]. Он погружён в вечные терзания и тревоги о самом себе и о своих интересах. Его радость – радость личной выгоды, и она омрачена страхом личных потерь; его молитва корыстна и не соединяет его с источником жизни; его любовь отравлена ревностью и чувством собственности и не воспламеняет сердце. «Много Предупреждал против самости. Эта мертвящая сестра невежества убивает и гасит лучшие огни» [18].

Н. Н. Добрикова: Станиславский обращал внимание студийцев не на изображение страстей, а на те роковые моменты, где дух человека стремится освободиться от этой страсти.

«Благородство, – говорил он, – должно очистить все перипетии борьбы человека за свою свободу от давления этой страсти. Если вы станете наблюдать истинные страсти людей, вы всегда в них найдёте моменты великой скорби, где человек томится огромным страданием в них. Вы всегда подметите мучения в рабстве страсти, в каждом истинном случае страсти, перешедшей все грани самообладания. Человек, всецело заполненный какой-либо страстью, бывает её рабом».

Н. Д. Спирина:

В борьбе за свободу ты сбросишь цепи

И крылья получишь взамен.

Разве так плох обмен?

Что же ты медлишь в холодном склепе?

Крылья давно тебе суждены,

Крылья – реальность, а цепи – сны,

Только проснись – и спадут они [19].

 

Н. Н. Добрикова: В освобождении от рабства у страстей Станиславский призывает к самообладанию. «Чем выше самообладание артиста, – указывает он, – тем ярче сможет он отобразить порывы к красоте… взлёты к героическим напряжениям… Это самообладание приходит к артистам, у которых личные страсти, вроде зависти, ревности, соперничества, жажды первенства, уже упали. На их месте выросло увлечение искусством, самоотверженная радость, что есть возможность пронести с подмостков театра великие порывы человеческой души и показать их, а не себя зрителям… Тогда-то и зажигается в актёре тот огонь, который сливает его и зрительный зал в единое целое. Тогда артист становится не избранником для кого-то, но признанным сыном своего народа, в котором каждый из зрителей узнал лучшие части самого себя, страдал или плакал, радовался или смеялся, всем сердцем участвуя в жизни человека роли…»

При этом Станиславский указывает, что «нельзя поднять сознание артиста на другой уровень чужой волей. Только гармонически развивающийся артист сможет самостоятельно… через собственный опыт достичь следующей высшей ступени расширенного сознания».

Н. Д. Спирина: И Живая Этика подтверждает непреложность своей свободной воли в деле самоусовершенствования. «Только своею рукою, только своею волею, только своею устремлённостью, только своею работою может дух стать сознательным сотрудником Беспредельности» [20].

Н. Н. Добрикова: Станиславский, обращаясь к студийцам, говорил: «Вы должны быть прежде всего живыми людьми и нести в своих сердцах те новые качества, которые должны помочь всем вам, современным людям, выработать в себе новое сознание. То сознание, в котором жизнь для общего блага не составляла бы только предмет мечтаний и несбыточных фантазий, но каждый из вас вносил бы бескорыстие в свои театральные дела и встречи… Надо привлекать внимание к самому себе – к неизменному и сияющему красотою духовному ядру, которое останется после сброшенных личных условностей вроде зависти, гордости, тщеславия, самолюбия и жажды первенства».

«Единственный путь к искусству – постоянная шлифовка уже развитых сил и непрестанное добывание всё новых качеств и возможностей».

А. П. Юшков: К работе на общее благо неустанно призывает нас Живая Этика во имя спасения планеты и человечества. «Пусть творится всё во благо. (…) Пусть мысль о пользе сопровождает каждый поступок» [21]. Так говорится в книге «Сердце». «Дух, вместивший понятие блага, обнимает все проявления человеческих нужд» [22]. «Устремление ко благу даёт все верхние пути…» [23]

И в своих призывах к общему благу Живая Этика поднимает это понятие до космических пределов. «Именно служение Космическому Благу даёт человечеству подъём. Когда безграничен и бесконечен человеческий устремлённый порыв, то можно утвердить космическое соответствие, Как прекрасно сознание связи с Космосом! Как прекрасно созидание космической эволюции!» [24]

Н. Н. Добрикова: «Внутри себя надо жить всей полнотой чувств и мыслей и всё время строить новое, звучащее нотами современности сознание. На глубину и чистоту мыслей – всё внимание», – говорит Станиславский.

Н. Д. Спирина: «Чистое мышление тоже не есть лишь нравственное понятие, но реальное умножение силы» [25], – говорится в Живой Этике.

«Только устремлённая чистая мысль даёт утверждение удачи…» [26] «Уявление утончения творите среди всей жизни. Почему только в словах, почему только во взглядах, именно в мыслях умножается энергия сердца» [27].

Н. Н. Добрикова: Большое внимание придавал Станиславский вопросу о человеческих взаимоотношениях. Он говорил: «Если вы в течение дня вели свои встречи с людьми в искусстве и в простой жизни с одинаковой доброжелательностью, то вы приготовили себе рельсы, по которым легче проникать в глубокое героическое отношение к делам и людям в важные переломные моменты в вашей жизни… Что может видеть и как может видеть каждый человек окружающий его мир? Конечно, только так, как ему позволяет живущее сознание. Чем больше в вас энергии доброжелательства, чем выше ваша чистота мысли, тем больше прекрасного вы видите в вашем соседе. Чем ниже ваши чувства и мысли, тем больше вы видите вокруг себя плохого, потому что до хорошего вам ещё подниматься, а плохое вы без усилий увидели».

Н. Д. Спирина: «Мой ученик обязан иметь глаз добрый. Надо в удвоенное стекло смотреть на всё доброе и в десять раз уменьшать явление несовершенства, иначе останетесь прежними» [28]. Так заповедует Великий Учитель, давший нам Откровение Новой Эпохи.

Н. Н. Добрикова: «Чем талантливее артист, чем в нём самом больше творческих сил, чем шире гамма его внутренних духовных пониманий, тем больше прекрасного он находит в других. А если он видит много прекрасного вокруг, если его внимание улавливает в каждом человеке какую-то ценность, – богаче становится его творческий круг, ярче искры его энергии, больше и шире его возможности отражать всю жизнь на сцене», – говорит Станиславский.

Н. Д. Спирина: «Нужно именно углублять путь доброжелательности. Утверждена она как сущность нашего бытия. Не забудем этот талисман ни на час» [29]. Так говорит Живая Этика. «Нужно приветствовать всё, что имеет жизнеспособность. Нужно приветствовать каждую искру, ибо из неё растёт Огонь. Так будьте доброжелательны» [30].

Н. Н. Добрикова: Станиславский призывал всех к радости. «Распахивайте двери для радости, – говорил он. – Примените всё ваше внимание к сегодняшнему дню вашей жизни. Дайте себе слово, что ни одна ваша встреча не пройдёт сегодня, сейчас, иначе, как под флагом радости. И вы увидите, точно по мановению волшебной палочки, как всё будет вам удаваться. И то, что вы ещё вчера не надеялись найти и победить в своей роли, вы найдёте и выявите в ней сегодня. Так день за днём, раскрывая в себе всё больше радости, вы увидите её для себя силой непобедимой».

А. П. Юшков: Во всех высших Заветах заповедана радость. И в Живой Этике состоянию радости придаётся особое значение. Там неоднократно повторяется: «Радость есть особая мудрость». «Не раз вас спросят, где рассадник прекрасного сада огненной энергии. Скажете: «В радости о прекрасном». Но научитесь вмещать эту радость света. Научитесь радоваться каждому листку, проснувшемуся к жизни. Научитесь, как зазвучать центрами к зову радости. Научитесь понять, что такая радость не есть безделие, но жатва сокровища. Научитесь накоплять энергию радостью…» [31]

Искусство и красота приносят людям высокую радость.

«…Истина – в Красоте, – сказано в одной из книг Живой Этики. – Космос утверждает на этой формуле эволюцию. Космос направляет мир к овладению Красотою» [32].

И Николай Рерих в книге «Пути Благословения» утверждает: «Лучшие сердца уже знают, что красотаи мудрость – не роскошь, не привилегия, но радость, суждённая всему миру на всех ступенях достижения. Лучшие люди уже понимают, что не твердить только они должны о путях красоты и мудрости, но действенно вносить их в свою и общественную повседневную жизнь. (…) Они знают, что в наши дни, в дни смертельной борьбы между механической цивилизацией и грядущей культурой духа, особенно трудны пути красоты и знания, особенно тягостны нападения чёрной пошлости» [33].

Н. Н. Добрикова: «Подвиг артиста, – говорит Станиславский, – живёт в чистоте сердца, в огне его мысли… Это раскрытие людям блестящих глубин великих истин». Обращаясь к студийцам, он учил: «Проще, легче, выше, веселее – вот первые слова, которые должны были бы висеть над каждым театром – храмом искусства, если бы театры были таковыми. Только любовь к искусству, всё высокое и прекрасное, что живёт в каждом человеке, – только это всякий входящий в театр должен был бы вносить в него и выливать из себя, как ведро чистой воды, тысяча которых смоет сегодня грязь со всего здания, если вчера его загрязнили страсти и интриги людей… Надо, чтобы всех объединила и увлекла красота. Если нет идеи единения в Красоте – нет истинного театра, и такой театр не нужен.

Если нет элементарного понимания себя и всего комплекса своих сил, как радостных слуг Отечества, то и такой театр тоже не нужен, – он не будет одной из творческих единиц среди всех творящих сил страны».

Н. Д. Спирина: Почти в эти же годы нашими соотечественниками Е. И. Рерих и Н. К. Рерихом были приняты от Великого Учителя первые страницы Учения Живой Этики: «Чистое искусство – достоверное сообщение лучезарного явления Духа. Через искусство имеете свет» [34].

«Мои друзья! Счастье – служить спасению людской души.

Оставьте все предрассудки и, пользуясь силой, духовно помогайте людям.

Устремите уродливое к прекрасному.

Как дерево обновляет листву, так люди процветают на пути добра» [35].

Указывая на важнейшую эволюционную роль Красоты, Елена Ивановна Рерих писала в одном из своих писем: «…Истинное устремление к красоте приведёт нас к пониманию высшей красоты Законов, управляющих Вселенной, выраженных в Совершенном Разуме и Со­вершенном Сердце» [36].

А. П. Юшков: «Каждое общество… время от времени, – утверждает С. Н. Рерих, – пытается открыть заново или воскресить великий дух, который двигал древними, и это повторное открытие ведёт к новым свершениям… к новому развитию» [37].

Вдохновение – это жар небесного дыхания, от которого светятся мысль, слово, звуки, краски.

С. Н. Рерих пишет: «…Не только внешняя форма и концепция действует на человека, а более всего та таинственная сила, заключённая в наиболее совершенных пропорциях… которую мы склонны называть великим искусством. Это инстинктивный ответ человека на что-то более прекрасное и совершенное, к чему стремится вся природа через свои эволюционные силы, заложенные в каждом из нас, в каждом проявлении жизни» [38].

Н. Н. Добрикова: «Люди творческих профессий призваны являть пример служения эволюции. Артист или художник, обладатель таланта, развил большую утончённость, чувство красоты, значит, на нём и большая ответственность и требовательность повышенная».

«Нет ничего более падкого на красоту, чем человеческая душа», – говорил Станиславский.

«Не стремитесь в первые ряды, к отличиям и наградам, стремитесь в мир красоты. Если однажды вы его в себе найдёте, прожив хоть несколько часов в гармонии мысли и сердца, вы уже сумеете внести в жизнь сцены неоспоримые творческие ценности».

Н. Д. Спирина: «Искусство и красота нужны не только для утончения и украшения жизни, но и для накопления психической энергии. Высший огонь есть высшая красота, и потому красота земная есть проводник его, и искусство – орудие его выявления» [39].

А. П. Юшков: «Мир через Культуру» – становится насущным, неотложным. Каждый может видеть, что война нервов, война психическая может разлагать человека сильнее войны телесной… Нужно разоружаться в сердце и в духе», – призывал Н. К. Рерих.

Н. Д. Спирина: «Каждый, – говорится в Живой Этике, – кто приготовит сердце своё и возвысит сердца ближних, тот уже творит волю Пославшего» [40]. «Сердце поведёт путём Христовым, как к ступени Преображения» [41].

С сердцем неразрывно связано великое понятие сострадания во всей его космической всеохватности. «Сострадание – не качество. Оно – Закон Законов, вечная Гармония, Сама Мировая Душа… Свет пребывающей Правды, лад всех вещей, Закон вечной Любви» [42].

Н. Н. Добрикова: И не случайно для открытия Московского Художественного театра (МХТ) был вы­бран Станиславским «Царь Фёдор Иоаннович» [43]. В центре трагедии стоит герой, который стремится «всех согласить». Сверхзадача роли и определялась, как «высокое желание лада» [44].

В исполнении И. М. Москвиным роли Фёдора Иоанновича русская душа сверкнула редким бриллиантом и нашла своё достойное место в иконостасе духовных нахождений России.

«Учение Станиславского о взаимодействии режиссёра и актёров формировалось на глубокой духовной основе. Рождённые этой гармонией спектакли одновременно являлись и университетом социальных отношений» [45].

«Театр, – пишет Станиславский, – обоюдоострый меч: одной стороной он борется во имя света, другой… во имя тьмы. С той же силой воздействия, с которой театр облагораживает зрителей, он может развращать их, принижать, портить вкусы, оскорблять чистоту, возбуждать дурные страсти, служить пошлости и маленькой мещанской красивости: в таком виде театр становится орудием общественного зла. Тем более опасным, чем больше сила его воздействия» [46].

К сожалению, современное театральное искусство, за некоторым исключением, в удручающем состоянии. Углубляясь всё больше и больше в профессионализм и отмежёвываясь от эстетического аспекта, театры как бы обесточили себя в духовном плане.

Невостребованность высоких вибраций принижает творческий процесс, и душа актёра как бы свёртывается, сжимается. И не удивительно, что у многих актёров появляется чувство апатии, отчуждения и отвращения к своей профессии.

«Воистину… душа подобна птице, заключённой в сосуд. Не щебечет и не шелохнётся певунья, молчит в оцепенении, пока от истощения не испустит свой дух» [47].

Уже XX век на исходе, пробуждаются новые силы психической энергии, столько знаков даёт небо, а у лучших представителей человечества – творческой интеллигенции – до сих пор не востребованы высшие и лучшие качества души. Эта невостребованность обретает тотальный характер.

Сила психической энергии, не находя доступ к проводникам высоких вибраций, втягивается более низкими проводниками, где идёт огромная утечка этой драгоценнейшей энергии. И эта сила, которая могла бы служить вершинам духа, начинает обслуживать страсти, инстинкты, амбиции, тщеславие.

А. П. Юшков: В Учении Живой Этики очень подробно разработан вопрос о психической энергии и о её значении во всех сферах жизни. Ей «суждено признание в грядущую эпоху. (…) Признание отметит вступление человечества в новую эру величайших открытий…» [48] – писала Е. И. Рерих.

О роли психической энергии в области искусства говорится: «Жизненность искусства, которое хранит Божественный огонь, даёт человечеству насыщение тем огнём, который возжигает дух и насыщает все миры. Потому чудесные факелы красоты творчества так ценны для человечества. Мы видели, как творения искусства преображали человека, и никакое книжничество мира не может творить подобное» [49].

Н. Н. Добрикова: И Станиславский призывает к осознанию той великой ответственности, которую несёт каждый деятель искусства перед людьми. «Ценность роли и всего того, что артист вынес на сцену, всегда зависит от внутренней жизни самого артиста, от создавшейся в нём привычки жить в хаосе или в гармонии». «Вкус определяет не только внешнюю жизнь, но и весь внутренний быт человека, те его порывы, в которых превалирует или мелкое условное, или же органическая потребность в высоких эмоциях… И только потому, что вкус мчит человека-артиста в прекрасное, он может достичь того энтузиазма, тех возвышенных порывов, где ему удаётся почувствовать себя в состоянии «я есмь».

Это все те глубины человеческой психики, на которых зиждется преемственность живого искусства».

Н. Д. Спирина: «Спасай чистоту души своей, – восклицал Гоголь. – Кто заключил в себе талант, тот чище всех должен быть душою. Другому простится многое, но ему не простится» [50].

«Так красотою пылайте!» [51] – заповедует Живая Этика. К нашему счастью время от времени приходят к нам и щедро делятся своей мудростью и богатейшим опытом жизни великие люди. И черпая из этого Источника то, что каждому из нас в своей мере необходимо для нашего продвижения, мы испытываем огромную сердечную признательность к этим далеко опередившим нас на пути духовной эволюции Мыслителям и высокую радость от приобщения к их сокровищнице духа и сердца.

 

Апрель 1994 г.

2814-7

 

 

Примечания:

*Станиславский Константин Сергеевич (1863–1938) – русский театральный режиссёр, актёр и педагог, реформатор театра. Создатель знаменитой актёрской системы, которая на протяжении 100 лет имеет огромную популярность в России и в мире. Народный артист СССР (1936). В 1898 году вместе с Владимиром Ивановичем Немировичем-Данченко основал Московский Художественный театр (МХТ).

1. Сердце, 500.

2. Там же, 561.

3. Любомудров М. Н. Моё гражданское служение России. // Любомудров М. Н. Каноны Русского Мира. Идеология, культура, искусство. М., 2014. С. 517.

4. Рерих Н. К. Адамант. // Рерих Н. К. Пути Благословения. Новосибирск, 1993.

5. Там же.

6. Там же.

7. Рерих Е. И. Письма. Т. 1. Рига, 1940. 1929.

8. Сердце, 99.

9. Там же, 79.

10. Спирина Н. Д. Капли: Сборник стихов. Новосибирск, 2010.

11. Сердце, 183.

12. Там же, 405.

13. Там же, 374.

14. Там же, 556.

15. Община, 2.

16. Мир Огненный I, 448.

17. Мир Огненный III, 68.

18. Община, 111.

19. Спирина Н. Д. Капли: Сборник стихов. Новосибирск, 2010.

20. Беспредельность, 33.

21. Сердце, 211.

22. Беспредельность, 593.

23. Там же, 726.

24. Там же, 780.

25. Аум, 380.

26. Беспредельность, 749.

27. Мир Огненный II, 240.

28. Листы Сада Мории. Зов. 15 июня 1921.

29. Мир Огненный I, 118.

30. Мир Огненный I, 119.

31. Агни Йога, 546.

32. Беспредельность, 178.

33. Рерих Н. К. Пути Благословения. // Рерих Н. К. Пути Благословения. Новосибирск, 1993.

34. Листы Сада Мории. Зов. 1 января 1921.

35. Там же. 12 января 1921.

36. Рерих Е. И. Письма. Т. 1. Рига, 1940. 19.06.1933.

37. Рерих С. Н. Гуманизм – состояние ума и сердца. // Рерих С. Н. Стремиться к Прекрасному. М., 1993.

38. Там же.

39. Психическая энергия: накопление и расточение. Автор-составитель Спирина Н. Д. Новосибирск, 2004.

40. Сердце, 332.

41. Там же, 333.

42. Блаватская Е. П. Семь Врат. // Блаватская Е. П. Голос Безмолвия. Семь Врат. Два Пути. Новосибирск, 1993.

43. «Царь Фёдор Иоаннович» – трагедия в пяти действиях А. К. Толстого, написанная в 1868 году; вторая часть исторической трилогии, первой частью которой стала трагедия «Смерть Иоанна Грозного» (1866), а заключительной – «Царь Борис» (1870). 14 (26) октября 1898 года трагедией Толстого открылся в Москве Художественно-общедоступный театр, будущий МХАТ. К. С. Станиславский и В. И. Немирович-Данченко ставили «Царя Фёдора» как народную трагедию.

Новым, ещё не виданным на русской сцене было и оформление спектакля, предложенное художником В. А. Симовым: «Перед зрителями, – пишет М. Строева, – распахнулась жизнь древней Руси во всей своей доподлинности – с низкими сводчатыми потолками, тусклыми слюдяными оконцами, с мигающими свечами и лампадами у тёмных икон, с высокими шапками и длинными рукавами облачений, с точными музейными вышивками и уникальной утварью».

Заглавную роль в спектакле сыграл Иван Москвин; Ивана Шуйского играл Василий Лужский, Ирину – Ольга Книппер, Василия Шуйского – Всеволод Мейерхольд.

Успех спектакля был так велик, что уже 26 января 1901 года состоялось юбилейное, сотое, его представление, а роль царя Фёдора в дальнейшем стала коронной для актёров трагического амплуа и в то же время пробным камнем, наряду с трагическими образами Шекспира. Спектакль не сходил со сцены театра на протяжении полувека, став такой же «визитной карточкой» МХАТа, как чеховская «Чайка».

44. Любомудров М. Н. Моё гражданское служение России. // Любомудров М. Н. Каноны Русского Мира. Идеология, культура, искусство. М., 2014. С. 517.

45. Там же.

46. Станиславский К. С. Из записей 1917 года.

47. Блаватская Е. П. Свет на Пути. Из сокровенных индусских писаний «Книга Золотых Правил». (Перевод с англ. Е. Писаревой). Рига, Книгоиздательство Н. Гудкова.

48. Рерих Е. И. Письма. Т. 2. Рига, 1940. 14.05.1937.

49. Иерархия, 366.

50. Гоголь Н. В. Духовная проза. Сборник статей и писем. М., 1992.

51. Мир Огненный I, 410.

52. Каталог картин Н.К. и С.Н. Рерихов / http://gallery.facets.ru/

 

Источник:  Этико-философский журнал “Грани Эпохи” №62 (лето 2015)

Поделиться с друзьями:

Для того, чтобы отправить Комментарий:
- напишите текст, Ваше имя и эл.адрес
- вращая, совместите картинку внутри кружка с общей картинкой
- и нажмите кнопку "ОТПРАВИТЬ"

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий