Главная » О КУЛЬТУРЕ, сказки » СКАЗКИ НОВОГО ВРЕМЕНИ

807 просмотров

2623-56

ЧУДЕСНЫЙ ЗВОНАРЬ
Астрологическая сказка для взрослых

С незапамятных времен повелось: человека Земли уподоблять колоколу, а планеты и Солнце – небесным «звонарям». Был задуман колокол звонким и отзывчивым, поющим согласно со всей Солнечной системой. Как повествуют древние предания, еще на заре создания нашего Космического Мира вручил Создатель-Отец каждому звонарю чудесный луч-канат от небесной радуги, дабы те могли играть благозвучные переливы песни Жизни и Любви на колоколе том земном, радуя всю Вселенную. Так и было поначалу. Однако нынче, что с ним стряслось?

Замолчал колокол, заржавел его некогда подвижный блестящий на Солнце язык. Темные крикливые мысле-вороны и сумрачные филины уныния свили внутри колокола свои грязные гнезда, не дают колоколу звенеть. Загадили темные птицы некогда прекрасно звучащий земной колокол. Стал он грязным, покрытым плесенью и паутиной. Погрузился в темный сон. Дергает Ярило-Солнце своим мощным оранжевым лучом-канатом язык колокола – молчит бедный колокол. Дергает Меркурий – Гермес своим желтым лучом – молчит землянин. Дергает Венера-Лученосная своим сине-зеленым лучом – молчит бедолага, усыпляет его Луна. И даже могучий великан Юпитер-Громовержец – обладатель голубого луча-каната потерпел неудачу.

Опечалены Светлые планеты-звонари судьбой колокола земного. И только темный ехидный скряга Сатурн и Марс со своим кроваво-красным лучом-канатом посмеиваются:

– Он наш, – со злобой шепчут они. – Не отдадим колокол Светлым звонарям.

Скрипит и стонет ржавый язык колокола под ударами Марса и Сатурна, но эти ужасные звуки нравятся темным мысле-воронам и угрюмым филинам уныния. Любят они песни эти загробные, родные они им.

Взмолились Светлые небесные звонари:

– Что нам делать? – спрашивают у самого древнего и мудрого Небесного звонаря – Урана, владыки самого мощного радужного луча. – Уже столько тысячелетий пытаемся мы разбудить человеческий колокол, а он все молчит и спит.

И молвил мудрый Уран:

– Надо очистить колокол от скверны темной и зазвенит он снова. А ну-ка, Братья и Сестры мои Небесные, ударим огненными лучами по колоколу все разом. Пусть темные, угрюмые твари навсегда покинут внутренний мир колокола. А моя суженная, Светлая Звезда Матери Мира – Прекрасная Комета, пусть своим острым сверкающим огненным хвостом навсегда обрежет канаты вредных и темных небесных звонарей – Сатурна и Марса. Да будет Так! – молвил Отец-Уран.

Собрались Светлые планеты-звонари и разом ударили по спящему земному колоколу. И посыпалась из его нутра всякая нечисть, и разлетелись в стороны темные мысле-вороны и филины уныния. Встрепенулся землянин от такого мощного огненного удара, ожил, вспомнил, наконец-то, что когда-то очень давно он был славно звучащим колоколом, дарующим всему живущему прекрасный золотистый свет и гармонию небесных звуков. Стыдно и больно стало землянину, что столько времени губил себя и других, отвергая помощь светлых звонарей.

– Дело сделано, – молвила Прекрасная Комета. – Мой огненный острый хвост перерезал черный канат звонаря–Сатурна. Ничего его не держит теперь среди нас. Колокол Земли освобожден от него. Пусть уходит прочь с глаз Наших. А Марс изменится, для новой жизни возрожден будет.

И настал Золотой Век Гармонии и Света Небесного, и чудесный звук земного колокола стал еще чище и сильнее, чем был он раньше, во времена своей юности. Дивятся славные небесные звонари звукам чудесным, радуются Матерь-Солнце и Отец-Уран.

Пелевин О.Н., идея Райт Е.

2623-58

СОЛНЕЧНЫЙ КОНЬ (сказка)

Однажды могучее Солнце смотрело издалека на маленькую Землю. А там был тёплый летний день. На траве сидел мальчик и грустил. Друзья звали его на речку, он не пошёл. А почему? Просто не хотелось…

Вдруг от Солнца оторвался крошечный огонёк. Он рос, приближаясь. Скоро стало видно, что к Земле мчится удивительный конь. Мягко опустившись на поляну, он подошёл к мальчику и ласково тронул его за плечо. Малыш обернулся.

Мне показалось, что я тебе нужен. Потому и пришёл. Солнце – мой дом, – произнёс конь.

Мальчик не сводил с него восхищённых глаз. Солнечный конь, действительно был необыкновенно красив. С глазами синими, как вечернее небо, он весь был соткан из золотого света. И свет этот так и лился из него, но не ослеплял.

– Как же ты смог меня заметить? – спросил мальчик.

– Жители Солнца очень хорошо видят всё, что происходит на Земле, – ответил конь.

– Но что-то с Земли мы вас не видим!

– Это не беда, – сказал мальчику его новый друг. – Просто люди ещё не научились смотреть на яркий огонь. Всему своё время. Если хочешь, садись ко мне на спину, будем путешествовать.

Сначала конь бежал, чуть касаясь ногами травы. И, удивительное дело, ни одно живое существо не беспокоилось при его появлении. Напротив, все радостно приветствовали Солнечного брата. Потом он взмыл вверх так высоко, как не поднималась даже самая сильная и храбрая птица. Первое время у мальчика кружилась голова, но скоро он привык.

А конь рассказывал другу обо всём, что они видели на своём пути. Он одинаково хорошо знал жизнь маленькой бабочки и бескрайнего океана, понимал заботы птиц и людей. Это было так интересно и удивительно.

Незаметно наступил вечер, и друзьям пришлось вернуться обратно. Солнечный конь стоял на поляне, низко опустив голову. Мальчуган обхватил руками его шею и прижался щекой к золотой гриве.

– Ты теперь всегда будешь со мной? Правда?

Конь ответил не сразу. Он смотрел на мальчика добрыми, задумчивыми глазами.

– Извини меня, друг. Скоро ночь, а я не могу жить без света.

Солнце опускалось всё ниже и ниже, расцветив его гриву всеми волшебными красками заката.

– Но солнце ведь так далеко, – произнёс мальчик. – Посади меня на спину и отвези туда.

– Не могу.

– Но почему же?

– Понимаешь, малыш, в моём доме может жить только тот, кто пришёл туда сам. Извини. Я должен уйти.

И чудесный конь умчался вслед за последним лучом Солнца. А мальчик ещё долго смотрел в бесконечное небо, где крошечной золотой звёздочкой вспыхнул и растаял его друг.

Маленькая синица вспорхнула с ветки и опустилась к нему на плечо.

– Раньше ты никогда не подлетала ко мне так близко, – удивился малыш, – Ты не боишься меня?

– Друг Солнечного коня – наш друг! – зазвенела птица.

– Наш друг! – вторили ей берёзы, стоявшие у дороги.

Вот и закончился этот удивительный день. А мальчик так ждал наступления утра, что никак не мог уснуть. Он знал, что обязательно дойдёт до Солнца и встретит там своего друга.

И.Н. Шишкова

2623-55

УРОК (сказка)

… Нет такого места во Вселенной, чтобы было оно лишено Тепла и Света…

И поднялось из глубины времен Предание, ветхое и вечное. И возродилась жизнь в разбуженной Памятью истории. Рассеялся дым и раскрылись глаза. И открылась взору Страна Былая, пришедшая по зову Ищущего и Желающего. И вспомнилось имя той Страны. Имя ей было Холодная.

… Извечно идут по Вселенной Огненные, путями своими скрепляющие мир и наполняющие его смыслом…

Одиноко стоит Холодная. Не видать из нее мира. Хмуро стоит, неприветливо. Не найти счастливого, не найти веселого. Где строители, где стремительные? Ни одного не видно. В шубах все да за стенами толстыми. Давно шубы одеты, давно стены стоят. Не умеют иначе. Сурова Холодная – как с ней поспоришь?

… Сокровища Вселенной – в руках Вестников. Выше преград шагают Смелые…

Ходят – сутулятся. Мешают шубы. Не знают друг друга. Стены не пускают. Хлад царит за стенами, и мука от него великая. Растет Хлад – и нет дела до других. И теплее шуба одета, и толще стена выложена. Но нет спасения. Многолюдна Холодная – и пуста. Богата Холодная – и бедна. Одинокая. Хлад растит, от Хлада гибнет. Кто согреет Холодную?

… Дающие – опора Вселенной. Их жизнь – подвиг…

И постучалось в Холодную чаянное. Весть пришла. Не пускает ее Хлад, противится. Прочь гонит. А стены и шубы толще становятся – Хладу сил прибавляется. И отступают, и отказываются от Вести. Страшатся ее. Но Один не забыл и ждет. И пришла к нему Весть. Тихим сном пришла. А во сне том вся Холодная, и все стены ее, и все пленники Хлада, бессильные и беспомощные. И все в шубах – одна Холодная нагая. Кто согреет Холодную? Кто отдаст свою шубу? Не помочь Холодной шубою. Мертва шуба. И стена мертва. Только Ты жив. Ты нужен. Твой огонь. Не убоишься Вести? Не отвернешься, как другие?

… Весь огонь сердца кладет Дающий во имя сияния Вселенной. На лбу его кровавый пот, но Любовь его – крепость несокрушимая…

Он пробудился и твердым шагом вышел из дому. И встал пред Хладом, и загородил ему путь. Расхохотался Хлад, и тоска пошла по стране от хохота этого. Но Он не убоялся. Ледяные онемевшие руки потянулись к замкам. Рассвирепел Хлад и всю мощь свою обрушил, набросился, силясь отнять огонь, пожрать жизнь. Но сказал Он: < Люблю тебя, Страна моя. Не могу смотреть равнодушно на муку твою. Пусть Холодная ты – знаю, не всегда такою была! Однажды ты дала мне жизнь, и все сокровища свои отдала без остатка. Все тепло свое в нас вложила. Прими же Дитя свое. Только вместе быть нам. Иначе нельзя. > И сорвал с себя шубу. Поднял голову и улыбнулся.

… Нигде во Вселенной не остается Путник в одиночестве. Когда все силы напряжены, приходит Помощь Благая. Так, единством Вселенная держится…

И отступил Хлад, обожженный. И бросился подмоги у слуг своих искать. Но убавилось сил у него, и забыл он про Весть. А та уж к Его соседям постучалась – настойчивая, пламенем Первого сияющая. И выглянули те за двери. И, увидев Его, поразились. Как же Он без защиты держится? Ведь иссякнет скоро огонь Его! А вот и Хлад с новыми силами подбирается. Как перед Леденящим устоять? И бросился на помощь Второй. Еще одна шуба слетела прочь. Еще один Сияющий поднялся за Страну. И еще один. И еще…

А Весть уже мощно стучалась в следующие двери.

… Благо принявшим на себя труд Вселенной. Благо отрекшимся от себя. Велика награда их…

Стоят Открытые. Стоят Светлые. Стоят Могучие. Кто теперь вспомнит про Хлад? Сияет в Холодной свет. Их свет. И не холодная она вовсе. Новое имя дано будет. И дадут его Они. Победители. Своим огнем землю родную согревшие! Вестники, Вселенной сокровища.

А над Страною уже прояснилось небо. Показалась первая звезда.

… Сияет во Вселенной Свет неугасимый. Извечно сияет. И ничто не в силах погасить его…

Вновь наполнилось сердце, как живым стало былое. И отпускает Зоркий ветхое и вечное. И отводит взгляд. Уходит Страна Былая. Уходит Предание. Ему свой путь назначен. А Зоркому вновь смотреть – вперед.

Роман Анненков

2623-54

СКАЗКА О ЗВЕЗДЕ

Один мудрец что-то чертил на своем старом пожелтевшем пергаменте. Время от времени он поднимал глаза вверх и смотрел на темное звездное небо. Его взгляд старался охватить это бесконечное сияющее пространство, но он знал, что это просто невозможно для него, настолько велико и бескрайне было небо. Некоторое время он с восхищением смотрел на красоту и великолепие сияющих звезд, а потом, снова склонив свою голову, начинал что-то писать. Глядя на него, было видно, что он не любопытный мечтатель, смотрящий на звезды, а мудрец, изучающий их. Он знал, что звезды – это не только красивые сияющие огоньки на ночном темном небе, но и указатели пути. Зная их расположение, корабли могли плыть в правильном направлении. Они, как компас, указывали путь заблудившимся странникам.

В человеческих глазах они выглядели маленькими сверкающими точками на бесконечном небе. Их было неисчислимое множество, и хотя с земли они казались почти одинаковыми, на самом же деле, они сильно отличались друг от друга.

Во всей вселенной не было даже двух одинаковых звезд. Все они были разными по своей величине. Одни были очень маленькими, другие – невероятно большими, многие из них были очень холодными, а другие раскалялись от жары. Почти каждая звезда излучала свой свет. И чем больше она его имела, тем больше славы было в ней. Своим сияющим светом они освещали темные планеты и всю вселенную. Каждая из них имела свое имя и была послушна законам Бога, Который Один знал их число и имя каждой из них. Несмотря на то, что их разделяли большие расстояния, звезды могли разговаривать между собой. Они делились новостями, которые происходили во вселенной, и дружно прославляли Бога, с восхищением наблюдая за Его бесконечным величием.

Во всем этом бесчисленном количестве звезд и планет была одна звезда. По своим размерам она была, пожалуй, самой маленькой звездой во всей вселенной. Ее тяжело было заметить, потому что в ней было мало света. В этом бескрайнем пространстве она, такая маленькая, чувствовала себя незначительной по сравнению с другими звездами, которые заслоняли ее своим светом. Она все время старалась услышать, что же говорят соседние звезды, что нового произошло там, далеко во вселенной.

Однажды звезды услышали громкий звук трубы, который был слышен повсюду, и в то же мгновение стало очень тихо. Все знали, что это трубят ангелы, и что где-то произошло что-то очень важное. Спустя некоторое время, звезды начали передавать друг другу новости, и маленькая звезда всеми силами старалась услышать, почему трубили Ангелы, но все разговаривали так тихо, что она ничего не могла понять.

– Что же такое случилось? – с нетерпением вдруг громко спросила звезда и сама удивилась, что ее голос услышали другие звезды. Одна, которая была не так далеко от нее, тихим голосом стала объяснять:

– Видишь эту маленькую голубую планету? Царь всей вселенной, оставив Свою славу, спустился туда.

– Никак не могу понять – послышался голос другой звезды, которая была одной из самых больших и ярких.

– Не самая большая, не самая яркая, не самая лучшая. Почему ей такая честь? – с возмущением говорила она.

Звезда с изумлением всматривалась в эту маленькую, как горошина, планету, и ей было очень интересно, что же там произошло.

2623-53

Прошло некоторое время, и она вдруг увидела яркий свет, который медленно двигался в ее сторону.

– Это, наверное, одна из комет, которые иногда пролетают мимо, помахивая своими длинными огненными хвостами, – подумала она. Свет становился все ярче и ярче, и в один момент звезда даже подумала, что комета летит прямо в нее и, наверняка, разобьется о ее твердую поверхность. Она уже было приготовилась ждать столкновения, как вдруг увидела перед собой не заблудившуюся комету, а большого Ангела. От него исходил яркий свет, и вскоре она услышала нежный голос, льющийся из его уст:

– Я принес тебе весть, – обращаясь к звезде, сказал Ангел. – Тебе надо будет на некоторое время оставить свое место и спуститься вон к той голубой планете, – показывая вдаль рукой, закончил он. Звезда с удивлением посмотрела вокруг, желая убедиться в том, что Ангел, действительно, обращается к ней. Увидев ее растерянность, он стал успокаивать звезду:

– Не бойся, тебе надо будет своим светом указать путь.

– Но у меня так мало света, что даже здесь меня никто не замечает, – расстроенным голосом ответила звезда.

– Нам надо поспешить, – ничего не ответив на ее слова, сказал Ангел и махнул рукой, показывая, тем самым, что она должна следовать за ним.

Так постепенно они стали приближаться к голубой точке, которая становилась все больше и больше, и через некоторое время маленькая звезда увидела огромный голубой шар. Она с удивлением смотрела на всю эту красоту, которая открылась перед ее глазами, с восхищением глядя на голубые воды больших океанов, высокие вершины гор, белые мягкие облака, разноцветные поля и зеленые холмы.

– Для кого вся эта красота? – с любопытством спросила она Ангела.

– Это все для них, – спокойным голосом ответил Ангел, останавливая звезду. Так как в том месте, где они остановились, был день, и яркое солнце заслоняло своим светом все звезды, то никто не мог увидеть новую звезду, которая появилась на небе. А маленькая звезда спокойно могла наблюдать за всем, что происходило на земле. В небе над землей летали разные птицы, а по лесам и полям бегали всякие звери.

– Это для них Бог все это сотворил? – опять с удивлением в голосе спросила она Ангела.

– Нет, не для них, – ответил ей Ангел. – Все, что ты видишь, Он сотворил для людей, живущих здесь.

Звезда стала наблюдать за этими особенными творениями, для которых была создана вся эта красота. Она видела дома, в которых они жили, поля, на которых они трудились, дороги, по которым они ходили. Они пользовались всем, что было на этой земле, умели разговаривать, смеяться и грустить, творить и разрушать. Так, глядя на них, она заметила, что многие из них, поклонялись каменным и деревянным изваяниям, которые они сами сотворили. Звезда начала понимать, что большинство из них не знали своего Творца, о Котором свидетельствовало все вокруг, и, сильно заблуждаясь, прославляли творение.

Постепенно на земле становилось темнее, и в небе стали зажигаться первые звезды. Очень скоро солнце уступило свое место яркой луне и множеству сияющих звезд.

2623-52

Небольшой караван медленно двигался по пустыне. Это не был обычный караван, которые то и дело пересекали пустыню, двигаясь в разных направлениях. Дорогу медленно шагающим верблюдам и сидящим на их спинах всадникам указывала ярко сияющая в небе звезда. Она постепенно двигалась в сторону востока, и весь караван следовал за ней. Верблюды были нагружены всяким добром, но было видно, что это были не простые купцы, ехавшие продавать свои товары, а богатые и знатные мудрецы из дальних стран. Они долго шли по пустыне, пока не приблизились к небольшому городу, где звезда вдруг остановилась, прямо над одним небольшим старым домом. Мудрецы остановили своих верблюдов и спустились с них на землю. Набрав много ценных вещей из своих сундуков, они, склонив свои головы, вошли внутрь этого дома. Звезда тихо наблюдала за домом, в который вошли мудрецы. Они были одними из первых, которые узнали и поклонились истинному Богу, лежащему в деревянных яслях, Царю вселенной и земли, пришедшему к тем, кого Он очень любил, и хотел, чтобы они узнали Его и путь к Нему.

Еще некоторое время звезда ярко сияла над городом, но вскоре она увидела того самого Ангела, который направил ее сюда. Он, нежно улыбаясь, махнул ей рукой, показывая, тем самым, что пора возвращаться домой.

Звезда медленно удалялась от земли, которая становилась все меньше и меньше и через некоторое время в ее глазах опять стала маленькой голубой точкой в бесконечной вселенной. Она с большой радостью рассказывала своим подругам о том, что произошло на земле, и даже не заметила, что в ней стало столько света, что хотя она и была самой маленькой звездой во всей вселенной, но своим сиянием она теперь заслоняла даже самые яркие звезды.

Источник: http://philadelphiachurch.co.uk/node/1050

Маргарита Казакевичуне

2623-51

АНГЕЛ (сказка)

Если был день
Превращен в дребедень,
Растрачен, растрачен,
– Ангел это поймет,
И от вас не уйдет,
Но заплачет…
(Из песни)

Ангел… Вы конечно, давно знаете, что никакого ангела на свете нет. Или, наоборот, твердо уверены, что он есть, что он так же существует, как вы сами, и если очень постараться, его можно и увидеть. И только некоторые дети еще ничего точно не знают и робко задают вопрос: а что такое ангел? И есть ли он?

Милые мои дети, как трудно вам ответить. Хотя мне кажется, я знаю ответ, но тем труднее мне ответить вам.

Ну, конечно, есть ангел. Мне так невероятно, что в этом можно сомневаться. Видела ли его я? Нет, никогда.

Но мало ли, что я видела? В том, что я вижу, я постоянно сомневаюсь – то ли это на самом деле, каким кажется?..

Я не сомневаюсь только в том, что я люблю. А его я люблю. Как люблю!..

Рассказать же вам, что он такое, труднее всего на свете, потому что он незаметный. Самый незаметный из всего, что есть.

Один только Бог еще незаметнее его. Но про Бога мы сейчас совсем не будем говорить. А только про ангела…

Это он проделал длинный-длинный путь, когда никто не видел и не слышал, и принес человеческую душу из мира незаметного в мир заметный. – И вот человек родился. И если вам скажут, что ангел здесь ни при чем, – пусть говорят. Я ведь вам уже сказала, что он – самый незаметный. И что же может быть естественней, чем то, что его не замечают? Говорят о вещах и делах, которые всем заметны. Не о нем…

И вот, пока человек маленький, пока он совсем ничего не может, ангел не отходит от него. Маленький человек совершенно не мешает своему ангелу делать все, что ему нужно. Именно потому, что сам он ничего не может, ангел все может за него. За него помнит, за него улыбается. Вы никогда не задумывались, кто научил самого маленького человека такой улыбке? Так вот, если хотите яснее всего представить себе ангела, посмотрите на эту улыбку.

Почему же маленький так много плачет? Как вам сказать,…

Это очень трудно – переходить из незаметного мира в заметный.

Все так незнакомо, непривычно. Наверно, это очень больно, когда начинает быть нужным что-то заметное, что есть только в одном месте, а в других местах его не найти. И если ты попал в это «другое» место, то как тебе не плакать? Ведь чего-то нет.

Мне чудится, что ребенок еще ясно помнит про состояние, когда все всюду было, и плакать было совершенно ни к чему. Была одна только улыбка, которая разливалась повсюду и была не чем иным, как светом. А сейчас она появляется только иногда. То свет, то тени. Все есть – чего-то нет…

– О чем ты так горько, маленький?

– Как это несправедливо, как это нехорошо, когда чего-то нет! Все всегда должно быть.

– Ты так думаешь, малыш? Тебе нужно все? Ну, конечно, такая улыбка только для ВСЕГО, которое ни в ком и ни в чем не умещается…

Подожди, маленький, подожди… Слушайся своего ангела. Он ведь не отходит от тебя. Слушайся его, и ты снова найдешь все. Ты улыбаешься? Значит, веришь. Ты ничего не помнишь, ничего не понимаешь. Тем легче тебе почувствовать все. Сразу ВСЕ.

Но по мере того, как ты вырастаешь, к тебе приближается что-то, что-то одно. Ты видишь его все яснее, все четче. Но тебе совершенно неинтересно удовольствоваться этим одним. Тебе надо и это, и другое, и третье. Нам невозможно за тобою угнаться, чтобы исполнить все твои желания. Ты нас начинаешь утомлять.. Да не вертись ты во все стороны!.. Как нам трудно понять, что ты утратил ВСЕ, ВСЕ, которое было ВСЮДУ, ВСЮДУ. И тебе надо такое бесконечное множество вещей, чтобы попытаться заменить ВСЕ. Тебе еще кажется, что можно объять необъятное. Чуть-чуть поднатужиться – еще одну игрушку, еще одну бабочку, еще одну птицу… Все такое заметное, яркое, вкусное…

А ангел? Что в это время делает твой ангел? Это совершенно незаметно. Может показаться, что он совершенно забыл о тебе, как и ты о нем. Смотря какая у тебя мама или няня. Если мама или няня рассказывает тебе про ангела, то ты спрашиваешь: «Где же он? Почему он не дает мне все, что я хочу, и не защищает меня, когда меня обижают?» И вот не знаю, напомнит ли кто-нибудь тебе, что он незаметный, самый незаметный на свете и совершенно не может делать заметных дел? И чем заметнее становишься ты, тем незаметнее твой ангел… Не знаю, напомнит ли тебе об этом кто-нибудь…

Разве иногда, когда прошумят вдруг листья над головой, и тебе почему-то захочется слушать этот шум совершенно ни для чего, и ты даже забудешь ответить на вопрос, даже не расслышишь, о чем спрашивают. Такой незаметный, легкий шум…

Или небо вдруг опустится к самому твоему лбу, почти коснется его, и ты внезапно почувствуешь, что можно провести небом по лицу, как вот этой травинкой… Разве ты по-настоящему замечал когда-нибудь небо? А ведь ангел еще незаметнее… И вот, когда ты не говоришь ни о чем, ничего не делаешь и даже, может быть, ни о чем не думаешь, вот тогда-то, в такие странные провальные минуты он с тобой и разговаривает.

* * *

2623-50

Воздух пахнул дождем. Теплый ветер поднял занавеску. Вещи вокруг тебя складываются в удивительный лад. Что сказал тебе твой ангел? Ничего. Все, что нужно, то и сказал.

Тебе хорошо? Неизъяснимо хорошо. Ты любишь. Это ангел твой склонился над тобой только что – и поправил что-то в твоей душе, как мать поправляет своему ребенку лезущие на глаза волосы или сбившееся одеяло.

Но он это делает только тогда, когда ты не думаешь ни о чем, в том числе и о нем не думаешь, об ангеле. Если ты подумаешь о нем и спросишь: «Где он?» или «Какой он?», – он улетит так же незаметно, как прилетел. Собственно, он никуда не улетает, как и не прилетает ниоткуда. Он всегда здесь. Но ты… ты, милый мой, куда ты смотришь? На вещи? Ты ищешь его среди вещей? Но… ведь он – с другой стороны, всегда с другой стороны. Ты смотришь не в ту сторону.

– Как не в ту? Я смотрю во все стороны.

И всегда на вещи. А он по ту сторону вещей. Не понимаешь? А кто тебе сказал, что надо понимать?

Ветер качнул занавеску. Ветка изогнулась каким-то неизъяснимым движением. Тебе это понятно?

– Но это же так… все, а при чем же тут ангел?

– А тебе надо, чтобы было не все, а что-то, что-то выделенное, заметное… Ты снова забыл, что ангел такой незаметный… И ты, может быть, родился для того, чтобы научиться замечать незаметное…

– Так, может быть, его нет?

– На этот вопрос никто тебе не ответит, кроме тебя самого. Никто. Или ты сам заметишь его, или так и проживешь, не заметив…

Замечает ли своего ангела младенец? Нет. Он еще вообще ничего не замечает. Просто он не расстается со своим ангелом. Все время сосет его невидимое молоко.

Не расстается со своим ангелом… Вот почему он так улыбается, будто ему принадлежит вся Вечность. Такому крошке – ЦЕЛАЯ ВЕЧНОСТЬ.

Конечно, ты можешь возразить, что ему принадлежит целая вечность и порция молока. И если не будет порции молока, то его не утешит целая вечность. Но, понимаешь, молоко ему нужно, чтобы о нем не думать, чтобы ничто не стояло между ним и Вечностью, чтобы он мог спокойно улыбаться ничему и ВСЕМУ. В том числе – молоку.

Тебе не приходилось встречать людей, вполне сытых, у которых вдоволь и молока, и хлеба, и еще многого другого, и которые почти совсем разучились улыбаться, то есть вот так улыбаться – ВСЕМУ? То самодовольное движение, которое появляется у них на лицах, тоже называется улыбкой. Но это просто значит, что у нас в языке не хватает слов. Есть улыбка ангела и улыбка, от которой ангел плачет.

… Ты не знал, что ангел плачет?

Плачет.

Когда люди отворачиваются, отгораживаются и не замечают… Его? – Да не обязательно его – чего-нибудь не замечают. Откуда ты знаешь, что именно это «что-нибудь» и не будет он? Он в любой момент может превратиться во все, что угодно.

Когда свет разливается по небу, по земле и заходит в твою комнату, ты разве не чувствуешь, как он обнимает тебя? Бывает ли так, чтобы он кого-нибудь или чего-нибудь не заметил? От кого-нибудь отвернулся, кого-то обошел? Бывает? Тогда бы свет не был светом… Этого не бывает. И не оттого ли где-то на дне нашего сердца такой поразительный покой, совершенно непонятный нам покой, который осел на самом дне, глубже тоски, глубже самого глубокого горя? Не оттого ли это, что где-то глубже сознания нашего живет чувство, что мы не обойдены, не можем быть обойдены и не замечены. Что То, самое главное, свет жизни нашей, не может быть безразлично ни к кому и ни к чему. Он не может пройти мимо самой малой крошки живого, мимо самого никудышного, самого горького.

Он никого не может не заметить, иначе Он – не он. Разве не это чувство смутно шевелится в тебе, когда ты следишь за разливающимся по небу светом? И особенно на закате, когда свет хочет передать тебе всю свою немыслимую силу внимания и проникновения во все и сквозь все…

А на заре, в часы бесконечной нежности Света, разве не слышишь ты беззвучный завет: не отгораживайтесь, не закрывайтесь, будьте тишайшими и прозрачными, чтобы заметить самое незаметное…

Будьте как Свет, – который замечает все и всех… все и всех…

Одно малейшее пятнышко, не замеченное вами, – и вы уже не подобны свету, и Свет уже не может беспрепятственно разлиться в вас. Это самое пятнышко, не замеченное вами, не пускает его в вас. Одна маленькая звездочка, по которой равнодушно скользнул ваш взгляд, линия ветвей, которая напрасно прочертила для вас путь в самое главное, малейшее движение человеческой души, которое было вам ни к чему, и…

Вы еще спрашиваете, отчего вам нехорошо и отчего плачет ангел?

Зинаида Миркина

Источник:  НОВЫЙ МИР

Поделиться с друзьями:
Метки:

Для того, чтобы отправить Комментарий:
- напишите текст, Ваше имя и эл.адрес
- вращая, совместите картинку внутри кружка с общей картинкой
- и нажмите кнопку "ОТПРАВИТЬ"

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий