Главная » Люди и даты » 6 Июня — Пушкинский день. Ал. Селищев

79 просмотров

2610-16

Поздравляем с замечательным, светлым и творческим праздником — Пушкинским днём России, то есть днём рождения А.С.Пушкина (6 июня), оказавшего огромное влияние на культуру и образ мышления во всём мире, хотя его творчество ближе всего, конечно же, для русского человека (всё дело в языке и особом менталитете нашего народа). Его творчество образовало настолько мощный, светлый эгрегор, незримо могущий нам помочь в своём развитии, что эту дату отдельно выделили для особого торжества (хотя великих творцов на Руси мы можем выделить целую плеяду, причём в каждом направлении искусства и культуры). И сегодня мы имеем замечательную возможность для того, чтобы подключиться к этому благому полю, пусть и невидимому, но реально действующему.
Несмотря на обилие вокруг нас светлых эгрегоров, способных приобщить нас к великой мудрости, не так много из них тех, которые были бы настолько просты и доступны для сердца почти каждого русского человека. Этим особенно близок нам мир творчества (и светлых мыслеобразов) А.С. Пушкина, и поэтому нам очень важно использовать этот источник для питания нашего духа. Как суметь подключиться к нему на качественно ином уровне (ведь изначально, с детства мы уже впитывали мудрость жизни, красоту образов, заложенных в его огненных строках, в музыке звучания его стихов)? Новым погружением в его творчество, в попытках понять — следуем ли мы сейчас, в настоящее время, тому, что знаем и чувствовали с малых лет? К тому же, если каждый памятный день напрягает энергии соответствующего поля — эгрегора, то звучание его стихов и наше внемление им именно сегодня гораздо сильнее отзовётся в нашем сердце.

Пушкину А. С.

Проходит время и несёт забвенье,
Но не забудет русский наш народ,
Что жил в России величайший гений,
Чья слава в поколениях растёт.

Велик и страстен дух его мятежный,
В своей среде он вольнодумцем слыл.
И воспевал свободу лирой нежной
И верным сыном Родины он был.

Он жил, творя под оком самовластья
И чувства добрые стихами пробуждал.
Поэт от Бога – это ли не счастье
И время он своё опережал.

Но жизнь оборвалась его до срока,
И в райских кущах место он нашёл.
В стихах оставил нам свой глас пророка
И дивный, ослепительный глагол.

Какой мы можем сделать подарок поэту в день его рождения? Как и для любого творческого человека, лучшей наградой явится понимание и принятие его творчества и его посланий всем нам. А магнетизм его творчества необычайно велик. В чём же состоит тайна пушкинского магнита? (Мы очень многое сможем понять, если обратимся к исследователям жизни и творчества поэта, поэтому приводим выдержки из работы писателя Ю.М. Ключникова «Мистический Пушкин»)

Мне думается, она в светоносном зерне гармонии, которым жила, светилась, дышала натура поэта и всё, что выходило из-под его руки. Он назвал Моцарта сыном гармонии, но то же самое он мог бы сказать о себе.
Пушкинский гений подготовлен многими отрезками земной жизни и многими предшествующими трудами избранной индивидуальности. Индивидуальность потому-то и выбрана Богом как приёмник Его священного дара, что право это добыто огромными личными усилиями; в любом другом случае можно говорить не о священном даре, но о случайной подачке, что несовместимо с нашими понятиями о Боге. Когда религиозный подвижник удостаивается божественного видения — это всегда результат напряжённой работы духа, души и тела. Пушкинский случай особый — нет аскетических подвигов, нет концентрации на Иисусовой молитве — всё это как будто пройдено в прошлых жизнях, а эта уже в середине осенена видением Архангела. Именно так понимаю я Встречу, которой удостоился поэт и которую он описал в стихотворении «Пророк».

Пушкин свою пророческую миссию выполнил блистательно. Как сказано в Евангелие, судите пророков по делам их. Дело Пушкина — благодатный Свет, который он щедро пролил на русскую культуру. Отлетела ржавчина вспыльчивости и язвительности, осыпалась шелуха многочисленных неразборчивых связей с женщинами, короткое масонское увлечение и многое другое, что ставят порой в начёт нашему гению. Это именно та тьма внешняя, которая хотела его поработить. Но она почти не затронула его творчество, и лишилась почвы, когда дух поэта покинул тело. Поэт выиграл своё земное сражение.

Таинственно звучат уже цитированные слова Н.В.Гоголя: «Пушкин есть явление чрезвычайное, и, может быть, единственное явление русского духа: это русский человек в его развитии, в каком он, может быть, явится через двести лет». Почему не Сергий Радонежский, не Серафим Саровский, а именно Пушкин? Потому что в жизни он — мы со всеми нашими слабостями, а в духовном полёте — наше русское небо. Святой человек иногда воспринимается как недосягаемый образец, а в Пушкине всё кажется досягаемым. Словно Бог спустился на землю в теле грешного человека и говорит нам: дерзайте в свободе, творчестве, в любви к женщине, к родине, к людям…

Пушкин прошёл свой Апокалипсис на два века раньше нас, обозначив борьбу Света и тьмы внутри человека, покаяние и победу Божественного начала. Очередь за нами. Так понимаю я слова Гоголя.

А мы, когда громы Апокалипсиса загремели для всего мира, мы судорожно ищем опору не в себе, не в своей тайной свободе, уповаем на власть, которая твёрдой рукой наведёт порядок. И в ответ встречаем улыбку Пушкина: хватит быть олухами, которых может заморочить пресса, царь или очередной кандидат в президенты. И вовсе уж гробовым гвоздём звучит позднее пушкинское: «на свете счастья нет». Зачем же тогда жить? Нет, Пушкин не мог оборвать свою мысль на подобной пошлости. Наслаждавшийся великолепным праздником жизни и заповедавший его нам, разве мог он хоть на минуту поверить, что счастье — химера? Счастье есть, но не в порабощённости теми миражами, которые мельтешат перед нашими глазами, оно внутри нас, в покое и воле, в «усовершенствовании любимых дум», в независимости от «наград за подвиг благородный». Что ж, и от денег отказаться? Ну, зачем снова кидаться в крайности! «Не продаётся вдохновенье, но можно рукопись продать…»

Будь сам себе царём, осуществляй единственно реальные реформы — внутри самого себя и не жди ничего от реформ внешних. Даже, когда эти реформы осуществятся в виде революций и природных катаклизмов, они ничего не переменят в твоей жизни, пока не переменишься сам. Понимаешь это, жизнь — праздник, нет, она — тюрьма, «конец света».
— Но это правила для гениев.
— Это правила для каждого из нас, иных правил сегодня не дано.

6 июня, когда родился великий русский писатель А.С. Пушкин, ознаменовавший своим творчеством начало золотого века русской культуры, это сокровенная дата для каждого из нас, нашего внутреннего мира. А само явление А.С. Пушкина – это событие планетарного масштаба, и не найти ни в одной стране человека, который бы не провёл параллелей между именами России и этого великого творца. Красота и мудрость, лёгкость и стремительность, глубина и масштабы его произведений не просто очаровывают и завораживают, но зовут к лучшим действиям. И каждое светлое наше ответное слово создаёт в пространстве мост незримой связи к его духу, тем самым приближая Новое Время и Новое Будущее для нашей страны. Ведь Александр Сергеевич, будучи истинным патриотом, сделал очень многое для её расцвета.

А. С. Пушкину

Живая пламенная речь
Заключена в гранитных строках.
Повис металла острый меч
Над рабством грозного порока.

Звон мыслей, искромётность фраз,
Пленительных картин сравненья,
Пророка вещий божий глас
Не тронут тлена измененья.

Поэт, прославивший века,
Небесной музой вдохновлённый,
Чьих дум высоких облака
В умах потомков восхищённых.

Трудно сказать лучше Пушкина так, чтобы любовь к родной Земле, носимая в душе, отозвалась в сердцах прочувствованно, со слезами на глазах. Пока в нашем сознании будут звенеть эти строки — стоять будет Земля Русская, и не сломить её народ никаким захватчикам, явным и скрытым. Пока живо творчество, пока культура устремляет нас вперёд — не закрыт нам путь в светлое Будущее.

Прочтём в этот день хотя бы 5 стихов себе и своим ближним, почтим светлый облик поэта своей благодарностью, и почувствуем новый прилив радости и бодрости, оптимизма и гордости за Россию! (Программа « Помоги России!»)

Воспоминания в Царском Селе
(отрывок)

О, громкий век военных споров,
Свидетель славы россиян!
Ты видел, как Орлов, Румянцев и Суворов,
Потомки грозные славян,
Перуном Зевсовым победу похищали;
Их смелым подвигам страшась, дивился мир;
Державин и Петров героям песнь бряцали
Струнами громозвучных лир.

И ты промчался, незабвенный!
И вскоре новый век узрел
И брани новые, и ужасы военны;
Страдать — есть смертного удел.
Блеснул кровавый меч в неукротимой длани
Коварством, дерзостью венчанного царя;
Восстал вселенной бич — и вскоре новой брани
Зарделась грозная заря.

И быстрым понеслись потоком
Враги на русские поля.
Пред ними мрачна степь лежит во сне глубоком,
Дымится кровию земля;
И селы мирные, и грады в мгле пылают,
И небо заревом оделося вокруг,
Леса дремучие бегущих укрывают,
И праздный в поле ржавит плуг.

Идут — их силе нет препоны,
Все рушат, все свергают в прах,
И тени бледные погибших чад Беллоны,
В воздушных съединясь полках,
В могилу мрачную нисходят непрестанно
Иль бродят по лесам в безмолвии ночи…
Но клики раздались!.. идут в дали туманной! —
Звучат кольчуги и мечи!..
Страшись, о рать иноплеменных!
России двинулись сыны;
Восстал и стар и млад; летят на дерзновенных»,
Сердца их мщеньем зажжены.
Вострепещи, тиран! уж близок час паденья!
Ты в каждом ратнике узришь богатыря,
Их цель иль победить, иль пасть в пылу сраженья
За Русь, за святость алтаря.

Ретивы кони бранью пышут,
Усеян ратниками дол,
За строем строй течет, все местью, славой дышат,
Восторг во грудь их перешел.
Летят на грозный пир; мечам добычи ищут,
И се — пылает брань; на холмах гром гремит,
В сгущенном воздухе с мечами стрелы свищут,
И брызжет кровь на щит.

Сразились. Русский — победитель!
И вспять бежит надменный галл;
Но сильного в боях небесный вседержитель
Лучом последним увенчал,
Не здесь его сразил воитель поседелый;
О бородинские кровавые поля!
Не вы неистовству и гордости пределы!
Увы! на башнях галл кремля!

Края Москвы, края родные,
Где на заре цветущих лет
Часы беспечности я тратил золотые,
Не зная горести и бед,
И вы их видели, врагов моей отчизны!
И вас багрила кровь и пламень пожирал!
И в жертву не принес я мщенья вам и жизни;
Вотще лишь гневом дух пылал!..

Где ты, краса Москвы стоглавой,
Родимой прелесть стороны?
Где прежде взору град являлся величавый,
Развалины теперь одни;
Москва, сколь русскому твой зрак унылый страшен!
Исчезли здания вельможей и царей,
Все пламень истребил. Венцы затмились башен,
Чертоги пали богачей.

И там, где роскошь обитала
В сенистых рощах и садах,
Где мирт благоухал и липа трепетала,
Там ныне угли, пепел, прах.
В часы безмолвные прекрасной, летней ночи
Веселье шумное туда не полетит,
Не блещут уж в огнях брега и светлы рощи:
Все мертво, все молчит.

Утешься, мать градов России,
Воззри на гибель пришлеца.
Отяготела днесь на их надменны выи
Десница мстящая творца.
Взгляни: они бегут, озреться не дерзают,
Их кровь не престает в снегах реками течь;
Бегут — и в тьме ночной их глад и смерть сретают,
А с тыла гонит русский меч.

О вы, которых трепетали
Европы сильны племена,
О галлы хищные! и вы в могилы пали.
О страх! о грозны времена!
Где ты, любимый сын и счастья и Беллоны,
Презревший правды глас, и веру, и закон,
В гордыне возмечтав мечом низвергнуть троны?
Исчез, как утром страшный сон!

В Париже росс! — где факел мщенья?
Поникни, Галлия, главой.
Но что я вижу? Росс с улыбкой примиренья
Грядет с оливою златой.
Еще военный гром грохочет в отдаленье,
Москва в унынии, как степь в полнощной мгле,
А он — несет врагу не гибель, но спасенье
И благотворный мир земле.

О скальд России вдохновенный,
Воспевший ратных грозный строй,
В кругу товарищей, с душой воспламененной,
Греми на арфе золотой!
Да снова стройный глас героям в честь прольется,
И струны гордые посыплют огнь в сердца,
И ратник молодой вскипит и содрогнется
При звуках бранного певца.

Деревня

Приветствую тебя, пустынный уголок,
Приют спокойствия, трудов и вдохновенья,
Где льется дней моих невидимый поток
На лоне счастья и забвенья.
Я твой: я променял порочный двор цирцей,
Роскошные пиры, забавы, заблужденья
На мирный шум дубров, на тишину полей,
На праздность вольную, подругу размышленья.

Я твой: люблю сей темный сад
С его прохладой и цветами,
Сей луг, уставленный душистыми скирдами,
Где светлые ручьи в кустарниках шумят.
Везде передо мной подвижные картины:
Здесь вижу двух озер лазурные равнины,
Где парус рыбаря белеет иногда,
За ними ряд холмов и нивы полосаты,
Вдали рассыпанные хаты,
На влажных берегах бродящие стада,
Овины дымные и мельницы крилаты;
Везде следы довольства и труда…
Я здесь, от суетных оков освобожденный,
Учуся в истине блаженство находить,
Свободною душой закон боготворить,
Роптанью не внимать толпы непросвещенной,
Участьем отвечать застенчивой мольбе
И не завидывать судьбе
Злодея иль глупца — в величии неправом.

Оракулы веков, здесь вопрошаю вас!
В уединенье величавом
Слышнее ваш отрадный глас.
Он гонит лени сон угрюмый,
К трудам рождает жар во мне,
И ваши творческие думы
В душевной зреют глубине.
Но мысль ужасная здесь душу омрачает:
Среди цветущих нив и гор
Друг человечества печально замечает
Везде невежества убийственный позор.
Не видя слез, не внемля стона,
На пагубу людей избранное судьбой,
Здесь барство дикое, без чувства, без закона,
Присвоило себе насильственной лозой
И труд, и собственность, и время земледельца.
Склонясь на чуждый плуг, покорствуя бичам,
Здесь рабство тощее влачится по браздам
Неумолимого владельца.
Здесь тягостный ярем до гроба все влекут,
Надежд и склонностей в душе питать не смея,
Здесь девы юные цветут
Для прихоти бесчувственной злодея.
Опора милая стареющих отцов,
Младые сыновья, товарищи трудов,
Из хижины родной идут собой умножить
Дворовые толпы измученных рабов.
О, если б голос мой умел сердца тревожить!
Почто в груди моей горит бесплодный жар
И не дан мне судьбой витийства грозный дар?
Увижу ль, о друзья! народ неугнетенный
И рабство, падшее по манию царя,
И над отечеством свободы просвещенной
Взойдет ли наконец прекрасная заря?

МЕДНЫЙ ВСАДНИК

(ИЗ ПРОЛОГА К ПОЭМЕ)
На берегу пустынных волн
Стоял он, дум великих полн,
И вдаль глядел. Пред ним широко
Река неслася; бедный чёлн
По ней стремился одиноко.
По мшистым, топким берегам
Чернели избы здесь и там,
Приют убогого чухонца;
И лес, неведомый лучам
В тумане спрятанного солнца,
Кругом шумел.

И думал он:
Отсель грозить мы будем шведу,
Здесь будет город заложен
На зло надменному соседу.
Природой здесь нам суждено
В Европу прорубить окно,
Ногою твердой стать при море.
Сюда по новым им волнам
Все флаги в гости будут к нам
И запируем на просторе.

Прошло сто лет, и юный град,
Полнощных стран краса и диво,
Из тьмы лесов, из топи блат
Вознесся пышно, горделиво;
Где прежде финский рыболов,
Печальный пасынок природы,
Один у низких берегов
Бросал в неведомые воды
Свой ветхой невод, ныне там,
По оживленным берегам,
Громады стройные теснятся
Дворцов и башен; корабли
Толпой со всех концов земли
К богатым пристаням стремятся;
В гранит оделася Нева;
Мосты повисли над водами;
Темнозелеными садами
Ее покрылись острова,
И перед младшею столицей
Померкла старая Москва,
Как перед новою царицей
Порфироносная вдова.

Люблю тебя, Петра творенье,
Люблю твой строгой, стройный вид,
Невы державное теченье,
Береговой ее гранит,
Твоих оград узор чугунный,
Твоих задумчивых ночей
Прозрачный сумрак, блеск безлунный,
Когда я в комнате моей
Пишу, читаю без лампады,
И ясны спящие громады
Пустынных улиц, и светла
Адмиралтейская игла,
И не пуская тьму ночную
На золотые небеса,
Одна заря сменить другую
Спешит, дав ночи полчаса.
Люблю зимы твоей жестокой
Недвижный воздух и мороз,
Бег санок вдоль Невы широкой;
Девичьи лица ярче роз,
И блеск и шум и говор балов,
А в час пирушки холостой
Шипенье пенистых бокалов
И пунша пламень голубой.
Люблю воинственную живость
Потешных Марсовых полей,
Пехотных ратей и коней
Однообразную красивость,
В их стройно зыблемом строю
Лоскутья сих знамен победных,
Сиянье шапок этих медных,
На сквозь простреленных в бою.
Люблю, военная столица,
Твоей твердыни дым и гром,
Когда полнощная царица
Дарует сына в царской дом,
Или победу над врагом
Россия снова торжествует,
Или, взломав свой синий лед,
Нева к морям его несет,
И, чуя вешни дни, ликует.

Красуйся, град Петров, и стой
Неколебимо как Россия,
Да умирится же с тобой
И побежденная стихия;
Вражду и плен старинный свой
Пусть волны финские забудут
И тщетной злобою не будут
Тревожить вечный сон Петра!

Из поэмы «Полтава»

Отрывок

Была та смутная пора,
Когда Россия молодая,
В бореньях силы напрягая,
Мужала с гением Петра.
Суровый был в науке славы
Ей дан учитель: не один
Урок нежданный и кровавый
Задал ей шведский паладин.
Но в искушеньях долгой кары,
Перетерпев судеб удары,
Окрепла Русь. Так тяжкий млат,
Дробя стекло, кует булат.

Из романа «Евгений Онегин»

Отрывок
XXXVI

Но вот уж близко. Перед ними
Уж белокаменной Москвы,
Как жар, крестами золотыми
Горят старинные главы.
Ах, братцы! как я был доволен,
Когда церквей и колоколен,
Садов, чертогов полукруг
Открылся предо мною вдруг!
Как часто в горестной разлуке,
В моей блуждающей судьбе,
Москва, я думал о тебе!
Москва… как много в этом звуке
Для сердца русского слилось!
Как много в нем отозвалось!
XXXVII

Вот, окружен своей дубравой,
Петровский замок. Мрачно он
Недавнею гордится славой.
Напрасно ждал Наполеон,
Последним счастьем упоенный,
Москвы коленопреклоненной
С ключами старого Кремля:
Нет, не пошла Москва моя
К нему с повинной головою.
Не праздник, не приемный дар,
Она готовила пожар
Нетерпеливому герою.
Отселе, в думу погружен,
Глядел на грозный пламень он.

* * *

Два чувства дивно близки нам —
В них обретает сердце пищу —
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.

На них основано от века,
По воле Бога Самого
Самостоянье человека,
Залог величия его.

КЛЕВЕТНИКАМ РОССИИ

О чем шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?
Что возмутило вас? волнения Литвы?
Оставьте: это спор славян между собою,
Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою,
Вопрос, которого не разрешите вы.

Уже давно между собою
Враждуют эти племена;
Не раз клонилась под грозою
То их, то наша сторона.
Кто устоит в неравном споре:
Кичливый лях, иль верный росс?
Славянские ль ручьи сольются в русском море?
Оно ль иссякнет? вот вопрос.

Оставьте нас: вы не читали
Сии кровавые скрижали;
Вам непонятна, вам чужда
Сия семейная вражда;
Для вас безмолвны Кремль и Прага;
Бессмысленно прельщает вас
Борьбы отчаянной отвага —
И ненавидите вы нас…

За что ж? ответствуйте: за то ли,
Что на развалинах пылающей Москвы
Мы не признали наглой воли
Того, под кем дрожали вы?
За то ль, что в бездну повалили
Мы тяготеющий над царствами кумир
И нашей кровью искупили
Европы вольность, честь и мир?..

Вы грозны на словах — попробуйте на деле!
Иль старый богатырь, покойный на постеле,
Не в силах завинтить свой измаильский штык?
Иль русского царя уже бессильно слово?
Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русский от побед отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал до пламенной Колхиды,
От потрясенного Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?..
Так высылайте ж к нам, витии,
Своих озлобленных сынов:
Есть место им в полях России,
Среди нечуждых им гробов.

БОРОДИНСКАЯ ГОДОВЩИНА

Великий день Бородина
Мы братской тризной поминая,
Твердили: «Шли же племена,
Бедой России угрожая;
Не вся ль Европа тут была?
А чья звезда ее вела!…
Но стали ж мы пятою твердой
И грудью приняли напор
Племен, послушных воле гордой,
И равен был неравный спор.

И что ж? свой бедственный побег,
Кичась, они забыли ныне;
Забыли русской штык и снег,
Погребший славу их в пустыне.
Знакомый пир их манит вновь —
Хмельна для них славянов кровь;
Но тяжко будет им похмелье;
Но долог будет сон гостей
На тесном, хладном новоселье,
Под злаком северных полей!

Ступайте ж к нам: вас Русь зовет!
Но знайте, прошеные гости!
Уж Польша вас не поведет:
Через ее шагнете кости!…»
Сбылось — и в день Бородина
Вновь наши вторглись знамена
В проломы падшей вновь Варшавы;
И Польша, как бегущий полк,
Во прах бросает стяг кровавый —
И бунт раздавленный умолк.

В боренье падший невредим;
Врагов мы в прахе не топтали,
Мы не напомним ныне им
Того, что старые скрижали
Хранят в преданиях немых;
Мы не сожжем Варшавы их;
Они народной Немезиды
Не узрят гневного лица
И не услышат песнь обиды
От лиры русского певца.

Но вы, мутители палат,
Легкоязычные витии,
Вы, черни бедственный набат,
Клеветники, враги России!
Что взяли вы?… Еще ли росс
Больной, расслабленный колосс?
Еще ли северная слава
Пустая притча, лживый сон?
Скажите: скоро ль нам Варшава
Предпишет гордый свой закон?

Куда отдвинем строй твердынь?
За Буг, до Ворсклы, до Лимана?
За кем останется Волынь?
За кем наследие Богдана?
Признав мятежные права,
От нас отторгнется ль Литва?
Наш Киев дряхлый, златоглавый,
Сей пращур русских городов,
Сроднит ли с буйною Варшавой
Святыню всех своих гробов?

Ваш бурный шум и хриплый крик
Смутили ль русского владыку?
Скажите, кто главой поник?
Кому венец: мечу иль крику?
Сильна ли Русь? Война, и мор,
И бунт, и внешних бурь напор
Ее, беснуясь, потрясали —
Смотрите ж: всё стоит она!
А вкруг ее волненья пали —
И Польши участь решена…

Победа! сердцу сладкий час!
Россия! встань и возвышайся!
Греми, восторгов общий глас!…
Но тише, тише раздавайся
Вокруг одра, где он лежит,
Могучий мститель злых обид,
Кто покорил вершины Тавра,
Пред кем смирилась Эривань,
Кому суворовского лавра
Венок сплела тройная брань.

Восстав из гроба своего,
Суворов видит плен Варшавы;
Вострепетала тень его
От блеска им начатой славы!
Благословляет он, герой,
Твое страданье, твой покой,
Твоих сподвижников отвагу,
И весть триумфа твоего,
И с ней летящего за Прагу
Младого внука своего.

К ЧААДАЕВУ

Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман,
Исчезли юные забавы,
Как сон, как утренний туман;
Но в нас горит еще желанье,
Под гнетом власти роковой
Нетерпеливою душой
Отчизны внемлем призыванье.
Мы ждем с томленьем упованья
Минуты вольности святой,
Как ждет любовник молодой
Минуты верного свиданья.
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!
Товарищ, верь: взойдет она,
Звезда пленительного счастья,
Россия вспрянет ото сна,
И на обломках самовластья
Напишут наши имена!

Высказывания, цитаты и афоризмы Пушкинa

• А счастье было так возможно, Так близко!

• Вдохновение есть расположение души к живому приятию впечатлений, следовательно, к быстрому соображению понятий, что и способствует объяснению оных.

• Веленью Божию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно
И не оспоривай глупца.

• В одну телегу впрячь не можно
Коня и трепетную лань.

• Глаголом жги сердца людей.

• Злословие даже без доказательств оставляет почти вечные следы.

• И всюду страсти роковые,
И от судеб защиты нет.

• Иных уж нет, а те далече,
Как Сади некогда сказал.

• И сердце вновь горит и любит — оттого,
Что не любить оно не может.

• К беде неопытность ведет.

• Зависимость жизни семейной делает человека более нравственным.

• Зависть — сестра соревнования.

• Здравствуй, племя младое, незнакомое!

• Кто жил и мыслил, тот не может
В душе не презирать людей.

• Еще одно последнее сказанье, И летопись окончена моя.

• Зависеть от властей, зависеть от народа —
Не все ли нам равно? Бог с ними.
Никому Отчета не давать, себе лишь самому
Служить и угождать: для власти, для ливреи
Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи.

• Кто раз любил, тот не полюбит вновь.

• Льстецы, льстецы!
Старайтесь сохранить
И в подлости осанку благородства.

• Любви все возрасты покорны.

• Любите самого себя,
Достопочтенный мой читатель!
Предмет достойный: ничего
Любезней, верно, нет его.

• Любовь одна — веселье жизни хладной,
Любовь одна — мучение сердец:
Она дарит один лишь миг отрадный,
А горестям не виден и конец.

• Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно; не уважать оной есть постыдное малодушие.

• Да ведают потомки православных
Земли родной минувшую судьбу.

• Да, жалок тот, в ком совесть не чиста.

• Властитель дум.

• …Вольнее птицы младость.
Кто в силах удержать любовь?
Чредою всем дается радость;
Что было, то не будет вновь.

• Врагов имеет в мире всяк,
Но от друзей спаси нас, Боже!

• Гений и злодейство — две вещи несовместные.

• Гений чистой красоты.

• Дар напрасный, дар случайный,
Жизнь, зачем ты мне дана?

• Два чувства дивно близки нам —
В них обретает сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.

• Быть можно дельным человеком
И думать о красе ногтей.

• Болезнь любви неизлечима!

• Быть славным — хорошо, спокойным — лучше вдвое.

• Дела давно минувших дней,
Преданья старины глубокой!

• Дней минувших анекдоты
От Ромула до наших дней.

• Ах, обмануть меня нетрудно!
Я сам обманываться рад!

• Блажен, кто смолоду был молод,
Блажен, кто вовремя созрел.

• Бойцы вспоминают минувшие дни
И битвы, где вместе рубились они.

• Мы все ленивы и нелюбопытны.

• Мы почитаем всех нулями, А единицами — себя.

• Народ безмолвствует.

• На свете счастья нет, но есть покой и воля.

• Наука сокращает
Нам опыты быстротекущей жизни.

• Москва, как много в этом звуке
Для сердца русского слилось,
Как много в нем отозвалось!

• Москвич в Гарольдовом плаще.

• Мы все глядим в Наполеоны.

• Мы все учились понемногу
Чему-нибудь и как-нибудь!

• Не продается вдохновенье,
Но можно рукопись продать.

• Не пропадет ваш скорбный труд
И дум высокое стремленье.

• Не тот поэт, кто рифмы плесть умеет.

• Не ужинать — святой закон, кому всего дороже сон.

• Ох, тяжела ты, шапка Мономаха!

• Переводчики — почтовые лошади прогресса.

• Перед собой кто смерти не видал,
Тот полного веселья не вкушал
И милых жен лобзаний не достоин.

• О, сколько нам открытий чудных
Готовят просвещенья дух
И опыт, сын ошибок трудных,
И гений, парадоксов друг,
И случай, бог изобретатель.

• О чем шумите вы, народные витии?

• Окно в Европу.

• Охота к перемене мест.

• Печной горшок тебе дороже,
Ты пищу в нем себе варишь.

• Пир во время чумы.

• Поверьте мне, друзья мои:
Кому судьбою непременной
Девичье сердце суждено,
Тот будет мил назло вселенной;
Сердиться глупо и грешно.

• Поверил я алгеброй гармонию.

• О люди! Все похожи вы
На прародительницу Еву:
Что вам дано, то не влечет;
Вас непрестанно змий зовет
К себе, к таинственному древу;
Запретный плод вам подавай,
А без того вам рай не рай.

• Чувство выздоровления — одно из самых сладостных.

• Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать.

• Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастет народная тропа.

• Я пережил свои желанья.

• О люди! Жалкий род, достойный слез и смеха!
Жрецы минутного, поклонники успеха!

• Как часто мимо вас проходит человек,
Над кем ругается слепой и буйный век,
Но чей высокий лик в грядущем поколенье
Поэта приведет в восторг и умиленье!

• Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!

• Не хочу быть шутом, ниже у Господа Бога.

• Hет правды на земле, но правды нет и выше.

• Неуважение к предкам есть первый признак безнравственности.

• Люди никогда не довольны настоящим и, по опыту имея мало надежды на будущее, украшают невозвратимое минувшее всеми цветами своего воображения.

• Мечтам и годам нет возврата.

• Молодость — величайший чародей.

• Но грустно думать, что напрасно Была нам молодость дана.

• Обычай — деспот меж людей.

• Одна из причин жадности, с которой читаем записки великих людей, — наше самолюбие: мы рады, ежели сходствуем с замечательным человеком чем бы то ни было: мнениями, чувствами, привычками — даже слабостями и пороками. Вероятно, больше сходства нашли бы мы сомнениями, привычками и слабостями людней вовсе ничтожных, если б они оставляли нам свои произведения.

Поделиться с друзьями:

Для того, чтобы отправить Комментарий:
- напишите текст, Ваше имя и эл.адрес
- вращая, совместите картинку внутри кружка с общей картинкой
- и нажмите кнопку "ОТПРАВИТЬ"

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий